– У вас получилось, – сказал он Куртане, увидев, как выбрасывают еще два захвата. – Вы доставили нас на Клинок.

– Мы еще не сели, – раздраженно напомнила Куртана, словно Кильон нарушил священное табу воздухоплавания.

– Вас ведь это не радует? Не пострадай ваш корабль, чувства, наверное, были бы иные.

– Я беспокоюсь за «Репейницу», ты беспокоишься о больных и сыворотке-пятнадцать. Я хочу, чтобы ящики с препаратом приготовили к выгрузке через шестьдесят секунд. Миссия не завершена, пока мы не передали груз, ясно?

– Конечно.

Авиаторы покрепче, не занятые у лебедок, собирались в гондоле. Одни держали носилки, другие – огромные ящики, чтобы передать через подфюзеляжный люк, едва корабль сядет на Клинок. Кильон понял, что эти ящики – тот редкий груз, который не выбрасывали за борт, чтобы облегчить корабль. Он и сам взял один и отступил от подфюзеляжного люка, когда авиатор приоткрыл его, и в проеме показался прямоугольник далеких крыш. Черепа никуда не исчезли – они по-прежнему стреляли и запускали ракеты, но лишь при невероятном везении могли попасть в маленький люк под фюзеляжем. Тем не менее Кильон держался подальше от люка и молился, чтобы время шло быстрее. Крыши проползали мимо, но корабль тащили к выступу медленно, невыносимо медленно.

Потом черная стена выступа начала приближаться, корабль миновал изогнутую ограду, нижний люк гондолы едва не задел ее верх. Не важно, на какой высоте они летели, когда бросали крюки, – натянувшиеся тросы опустили гондолу почти вровень с площадью. «Репейница» проплывала над беснующимися людьми, которые тянули руки, пытаясь схватить все, что удастся. В оглушительных воплях слышалось не только ликование, но и что-то болезненно-отчаянное, способное при малейшей провокации превратить клиношников в безумную, неуправляемую толпу.

С гондол и пилонов, вдобавок к захватам, сбрасывали анкерные тросы. Корабль остановился так резко, что Кильон чуть не вылетел в отрытый люк. Наверное, тросы натянулись слишком туго или оболочка застряла меж окружающими зданиями – сейчас это значения не имело. Благодаря туго натянутым анкерным тросам и баллонетам, до сих пор державшим гондолу в воздухе, пока «Репейнице» опасность не угрожала.

Толпа расступалась перед шагающими к подфюзеляжному люку милиционерами в красных шляпах и с ружьями. Стражи порядка целились в небо, но были готовы остановить любого, кто окажется на пути. Следом, расчищая широкую полосу, ехал паровой грузовик с еще одним отрядом милиционеров на подножках. Милиция освободила место вокруг гондолы – оттеснила толпу, размахивая ружьями. Собравшиеся подчинились без долгих препираний – они даже сами отступали, подпуская грузовик к открытому люку.