И толикой удивления, будто не понимая, что это существо делает в обществе.

– Чего?

– Он молчать не станет.

– О чем? – улыбка Мариссы сияла. – Впрочем, можешь не рассказывать, фантазия у него богатая. Признаюсь, когда-то она меня и впечатлила. Эти рассказы о скором гениальном открытии… о каком-то чудо-веществе, которое изменит мир… кому не хотелось бы стать женой гения? Только вот правда в том, что это вещество существует исключительно в воображении моего дорогого пока еще супруга. Как и все открытия. На деле же он – болтливая ленивая скотина, только и способная, что пить и… не только. Мне кажется, в последние годы он стал что-то добавлять в выпивку и окончательно утратил человеческий облик. Сама посмотри.

И она указала куда-то в сторону. А я посмотрела. Признаюсь, я не сразу увидела Глена, точнее увидела, но… это существо, склонившееся над вазой, чтобы извергнуть в хрустальные цветы содержимое желудка, лишь отдаленно напоминало моего бывшего.

Человека вообще.

Оно же, отблевавшись, вытерло рот рукавом фрака.

Икнула.

И помахало мне рукой.

– Юся! – этот вопль перекрыл и музыку, и ропот толпы. – Юська, иди ко мне… пошалим, как в былые…

Я почувствовала, что краснею.

Вспыхиваю.

А Глен решительно, как ему казалось, направился ко мне. Правда, двигался он зигзагом, слегка задевая, что колонны, что ледяные статуи. Вот зазвенела и покатилась по полу ваза, выплеснув остатки воды. Брызнули в стороны молоденькие эльфийки.

– Юся, бросай это ушастое недоразумение…

Я закрыла глаза, желая оказаться в другом месте.

Где-нибудь на кладбище. На спокойном мирном кладбище, где водятся упыри и прочая милая сердцу нежить, у которой, может, беда с манерами, но в остальном они прелестно-предсказуемы и не норовят подгадить.

На плечо легла рука.

И я выдохнула. А потом открыла глаза, чтобы увидеть, как знакомый бритоголовый эльф взваливает Глена на плечо.

– Перебрал, – сказал он гостям, широко улыбнувшись. И клыки у этого эльфа оказались какими-то совсем уж не эльфийскими. А в левом еще и камень поблескивал. – С непривычки. Эльфийское-то легкое в голову еще так шибает…

– Ах, дорогой, ты как всегда прав, – великолепная леди Эрраниэль запечатлела поцелуй на щеке бритоголового, чем, кажется, шокировала местное общество куда сильнее, чем Глен с его слабым желудком. – Бедняге нужен отдых…