Оранжево-красные языки пламени несли к небу бренные тела последних вождей рода, но также и всю его историю. Решение было уже принято.

Нового начала не могло быть, если не закрыть дверь за прошлым.

Клан – это не казна, земля, деревни, поля, крепости и замки, по крайней мере – не только. Кицунэ за последние дни прекрасно это понял.

Клан – это прежде всего служащие ему люди.

– Мы покидаем Дом Спокойствия, – объявил он собравшимся перед началом церемонии огненного погребения. – Мы не будем ставить надгробия и не будем копать могилу – все это поместье нашего господина будет ему наилучшей из могил, несущей память как его побед, так и поражений. Вы, те, кто сейчас стал людьми клана Кицунэ, нового клана, начнете вместе со мной все заново. Дом Спокойствия мы оставляем прошлому.

Оставляем прошлому. И мангутам, думал Кентаро.

Другого решения принять было уже нельзя. Говорили, что на юге уже видели конные отряды захватчиков. Армия, несмотря на смерть своего хана, упорно шла вперед, вечно жаждая крови, земель, побед. Закрываясь с жалкими остатками крестьян, горсткой солдат и самураев в поместье, они обрекли бы себя на смерть. Покидая его и отправляясь на север, имели шансы на новую жизнь.

Огонь погас лишь под утро. Вскоре после этого крестьяне, собрав нехитрое имущество, медленным потоком стали покидать столицу вымершего клана. Несмотря на то что они оставляли свой дом, на всех их лицах было одно чувство.

Надежда.

* * *

Кентаро похлопал жеребца по шее. Тот, довольный, мотнул головой.

Они стояли на пригорке, Дух, даймё и медичка, глядя на вьющийся ниже поток людей – мужчин, женщин, детей, стариков, которых везли на повозках и двуколках… они шли на север, как приказал им их новый господин. Дом Спокойствия сейчас уже стал лишь воспоминанием. Прекрасным и страшным одновременно. Как и сама жизнь.

Подул ветер, колебля метелки трав. Кто-то внизу крикнул, кто-то засмеялся, когда порыв ветра сорвал с чьей-то головы соломенную шляпу.

Дух поморщился, когда до его обоняния долетел доступный лишь ему запах дыма. И пыли.

Он обернулся.

Далеко-далеко на юге в небо поднимались черные столбы дыма.

Мангуты приближались.

Мэйко и Кицунэ тоже видели это. А вот люди внизу никак не могли видеть черных туманов. И хорошо. Надежда важнее, чем страх.

– В конце концов они встанут у ворот Дома Спокойствия, – сказал Кентаро.

– И увидят развалины. Огромный погребальный костер бывшего клана.