Любая дорога и открытая дверь представляет постоянную опасность для человека, склонного действовать по наитию. Олав стоял однажды весенним утром на пороге своего коттеджа, и дорога выглядела такой чудной, что он не мог воспротивиться желанию ступить на нее, а потом сам не заметил, как она привела его к морю. Там он наткнулся на торговое судно, чьей команде требовались рабочие руки. Он выучился моряцкому ремеслу, сражался с пиратами, убил кракена, отрастил бороду, проколол ухо, а в одну памятную ночь выиграл целую пригоршню рубинов всего за один карточный розыгрыш, а потом потерял их все из-за трактирщицы, которая подсыпала ему в эль снотворное. Двумя годами позже он потерпел кораблекрушение близ Туле и спешно женился на ведьме с татуировками на лице и подпиленными до остроты зубами.

Однако брак продлился недолго. Однажды Олав вернулся с охоты, принеся на плечах рыжего оленя, и увидел, что его жена совокупляется с демоном, которого призвала из одного из семи адов, что лежат в средине мира. Он убил их обоих и бросил горящий котел на соломенную крышу ведьминой хижины и вместе ней позволил сгореть своим воспоминаниям.

Тогда, больше ничего не имея, Олав ушел пешком, чтобы увидеть, что лежало к югу. Чуть дальше по дороге всегда было что-то любопытное. Всегда была причина не оставаться на прежнем месте.

К югу было лето. Казалось, оно было там всегда. Олав, словно вода, спускался по склону, берясь за любую работу, что попадалась под руку, и выполняя ее, пока не набивал карманы, а потом уходил все дальше и дальше. Он рубил лес, строил стены, вил веревки и охранял караван, странствующий по пустыне, на который однажды ночью напали разбойники, ставшие убивать всех без разбору, включая женщин и рабов. Он зарубил пятерых, прежде чем понял, что защищать больше некого, кроме смуглого сына торговца, и, подхватив его, запрыгнул с ним на коня и ускакал.

Олав вернулся из того путешествия с превосходным конем, удобной скаткой, седлом, видавшим лучшие времена, и мальчиком-слугой.

Караванная тропа наконец привела их к стоячемукамню на вершине высокого хребта, у чьего подножья росли кустарниковые леса, а за ними, на горизонте, тянулась голубая полоса, которая могла быть океаном. Камень был покрыт рунами, которые ничего Олаву не говорили. Однако Наал, его мальчик, сумел их прочитать.