Капитан Кор Левен, оставив за пультом помощника, подошел к адмиралу. Вряд ли затем, чтобы получить удовольствие от его общества: свои побаивались грозного и неподкупного Ена Пирана немногим меньше врагов. Кор Левен хотел высказать наболевшее.

– Господин адмирал, земляне не уходят.

– Уйдут, никуда не денутся, – отмахнулся Ен Пиран. – Срок истечет – уйдут.

Капитан помялся.

– Но, господин адмирал, прошло уже десять часов. Не может быть, чтобы они до сих пор не приняли решение. Если они решили уйти, почему бы не уйти прямо сейчас?

– Капитан, вы идиот, – вот поэтому подчиненные обычно и избегали обращаться к адмиралу. – В постройке сортиров вы, должно быть, лучше разбираетесь, чем в психологии врага. Это же земляне! Гордые твари, хуже хантов. Они будут торчать здесь до последнего только для того, чтобы мы не подумали, будто они слишком торопятся выполнять наши условия. А потом уйдут с видом обосравшейся королевы – медленно, вальяжно, демонстративно морща нос: мол, кто это тут навонял? Уж точно не мы, мы вообще никогда не какаем. Наверняка специально опоздают, чтобы лишний раз показать, как им наплевать на нас. Но не более, чем на несколько минут: всерьез рисковать тсетианскими штатскими они не решатся.

– Откуда вы все это знаете, господин адмирал? – недоверчиво спросил Кор Левен.

Ен Пиран взглянул на капитана с ярко выраженным презрением.

– В отличие от вас, Кор, я умею думать. Попробуйте на досуге. Я не уверен, что у такого дебила, как вы, это получится, но попытки еще никому не вредили.

Кор Левен отошел с каменным лицом, мысленно желая своему адмиралу плюхнуться в глубокую лужу дерьма, впрочем, без особой веры в то, что это сбудется.

Ен Пиран кинул огрызок на пол – уборщики подберут – и снова принялся разглядывать земные корабли. Ближайший – «Меф Аганн», «Игорь Селезнев» чуть дальше и правее. Земляне называют свои крейсеры человеческими именами. От кого-то он слышал, что вымышленными. Ни один крейсер не назван именем реального, существовавшего когда-либо человека. Над этой загадкой он уже не раз ломал голову. Если уж вообще давать кораблю настоящее имя, то в честь великого полководца прошлого, не иначе. Вот как ханты, к примеру. Заносчивый и неприятный народец, но в высоком понимают. Почему земляне не делают так же? Может быть, варвары считают, что нельзя тревожить дух героя его неуместным именованием? Вот и придумывают идолов, чьи имена можно трепать безнаказанно. Или все по-другому? Может, они полагают, что лишь идол способен накопить должную силу и вложить ее в корабль, а мертвецам это не по плечу? Кто знает, о чем думают эти грешные дикари…