Он не знал, чему верить. Наверняка проклятая Салима где-то врет. И наверняка на каждую ложь у нее есть «достойные доверия» свидетели. Ен Пиран, конечно, не белая фехха, но он не идиот!

Он отодвинул компьютер. Думать бесстрастно не получалось. Как можно покойно думать о чем-то, когда до сих пор неизвестна судьба его дочерей? Он сам, старый дурень, отправил их на Мересань, и сердце не екнуло, не предвидело беду. Ему казалось, что уж там-то они будут в безопасности. Что же он наделал! Королева заперлась в своих покоях и непрерывно плакала. А он без меры курил мересанское зелье. Где брать зелье, раз Мересань не станет? Вот только о таком и можно думать, серьезные мысли не складываются.

Колыхнулись занавески на окне, за которыми издевательски сверкало звездами ночное небо. По ногам задул сквозняк – кто-то вошел.

– Ваше величество, я спешил по вашему зову. Каюсь, я немного запоздал.

– Немного? – король Имит привстал в кресле. Голос задрожал от ярости. – Это у вас называется – немного?

Он не знал, чего ему хочется больше – отрубить мерзавцу голову или кинуться ему на шею, умоляя спасти Гъде и его, Имита, лично.

– Я виноват, ваше величество, – как бы он ни говорил, что кается, раскаяния в интонациях не слышно. – Этот греховодник т’Согидин совершенно заморочил мне голову. Он так просил остаться, потому что без этого неудачника т’Лехина некому было защищать его от шшерцев! И я внял проблемам союзника. А он оказался предателем, ваше величество! Он оклеветал меня и сдал этой стерве Салиме, представляете?

– Представляю, – процедил Имит. Ему и самому последнее время хотелось скрутить Ена Пирана и отдать Салиме. Если бы он только мог! – Что вы сотворили с Мересань, адмирал? Чем вы думали, когда стреляли по ГС-переходу?

– Я? – Ен Пиран изобразил искреннее изумление. – Но я не стрелял по ГС-переходу, ваше величество. Вас ввели в заблуждение. Увы, у меня много недоброжелателей. Я стрелял по одному из напавших на нас земных крейсеров, просто промахнулся. Ну как я мог знать, что кто-то решит сверлить дыру в пространстве именно в тот момент и именно в том месте? – он всплеснул руками. – Ваше величество, меня оболгали. Мне приписывают намерения, которых у меня не было. Защитите меня!

– Это я, по-вашему, должен вас защищать? – рассвирепел король. – Это вы – защита трона, защита Гъде! А вместо этого вы то шляетесь по чужим кормушкам, то стреляете куда попало! На Мересань остались мои дочери! Вы должны были десять раз перепроверить, куда стреляете, слышите, вы? Коли вы не используете свою дурную голову, чтобы думать о нужном, самое время ее отрубить!