Что ж, во всём этом предстоит разобраться в самое ближайшее время. Но более всего канцлера интересовала сейчас таинственная спутница Серафима, юная Искажённая, явно подосланная организаторами заговора. Вот уж кого следовало искать в первую очередь. Прямая ниточка к разгадке.

И Винсент имел все основания полагать, что долго искать не потребуется. Как только стало известно последнее местонахождение всей честной компании, канцлер вызвал помощника и, отдав необходимые указания, приказал немедля отправить агентов в подпольную церковь и арестовать всех, кто там окажется. Если ничего экстраординарного не произойдёт, уже сегодня и Себастьян, и София окажутся в допросной, а если потребуется, и в пыточной, дабы избежать излишних промедлений.

Вскоре дело будет закрыто, а очередной заговор, наоборот, раскрыт. А пока нужно доложить правителю о промежуточных результатах.

Глава особой службы мельком бросил взгляд на часы, к верхней части которых притянулись последние полупрозрачные крупинки, и молча поднялся из-за стола.

Допрос был окончен.

***

…Однако поединок на этом не прекратился.

Как известно, инквизиторы не из тех, кто легко отступается от намеченных целей. Не намереваясь ни в коем случае упускать жертву, они незамедлительно пустились в погоню!

На бегу вложив окровавленные клинки в ножны, краем глаза Себастьян быстро глянул назад, обозревая сменившуюся диспозицию и подмечая новые важные детали. Проиграв на старте несколько мгновений, адепты святой службы неминуемо отстали, но полученное преимущество было, увы, скоротечным. Привычные к боям в суровых условиях Пустошей и Лесов Виросы, ликвидаторы вполне могли потягаться в выносливости и скорости с нелюдями, а потому не вызывало сомнений, что рано или поздно преследователи настигнут беглеца.

Надежду вселяло лишь то, что по ровному зеркальному льду, которым схватились за ночь извилистые городские мостовые, они бегали всё же не так ловко.

Серафим глубоко вдохнул пронизывающий северный ветер Ледума, ощущая его силу в своих венах. Ветер плескался в прозрачной крови представителей загадочной расы сильфов, делая их похожими на себя: ветреными, переменчивыми и будто не совсем реальными. Сильфы были непостоянны, как весенний бриз, который менял направление играючи, не задумываясь и не привязываясь ни к чему на свете. Бриз легко увлекал их с собой, подобно ароматным цветам яблони, манящим и неудержимым, живущим только в полете.

Природное очарование позволяло сильфам завладевать душами всех мыслящих существ, хоть они и не желали того, как не желали вообще никакого обладания или ограничения. Коснуться же сердец самих холодных и дивных созданий, как считалось, было невозможно.