– Нет, просто ты мне совершенно неинтересен. Ты убийца, самый обычный, каких на свете полным-полно. Как и они, ты не способен ни на что, кроме бессмысленного разрушения. Если лишить тебя доспехов, силы и злобы, то внутри ничего не останется. Ты пустышка.

– Я не собираюсь тебя переубеждать. – Симеон еще раз сжал и разжал кулак, пробуя перчатку. – Хотя смешно, конечно. Я не был рожден для убийств и злодеяний. На Вепревом хребте я был плотником.

Эшлин не смогла скрыть удивления.

– Да-да, плотником. Как и мой отец. Который, в свою очередь, выучился у своего. Мой папаша мастерил знаменитые кресла-качалки, очень удобные. А я строил дома. Амбары, сараи. Мне нравилось строить большие сооружения. Такие, которые выстоят в горах и в суровые зимы, и в проливные весенние дожди. Но когда галамарцы отправились истреблять скожитов и пересекли Лорнарский Рубеж, то решили, что в нашей деревне живут дикари. – Он уставился на свои руки. – Отец научил меня строить, а те, кто живут на равнинах, научили меня разрушать.

– Значит, ты не виноват, что стал убийцей.

– Нет, я не об этом. Просто если тебе что-то врезалось в душу, то потом это оттуда не вытравишь. Нет способа начать все заново.

Эшлин промолчала, думая, что сама она тоже принесла в этот мир много такого, чего уже не изменишь.

– Ну, королева, которая всю жизнь нежится на пуховых перинах, наверное, скажет, что убийство противоречит естественному порядку вещей, но…

– Нет, не противоречит, – сказала Эшлин.

Симеон изогнул бровь – пришел его черед удивляться.

– Естественный порядок вещей целиком и полностью опирается на убийство. Все в этом мире, от крошечных паучков до громадных драконов, либо убивают, чтобы выжить, либо умирают, чтобы выжил кто-то другой. Безмятежность природы – иллюзия. Обманка для неискушенного взгляда.

Симеон улыбнулся:

– А ты мне нравишься, королева. Ты умеешь удивлять.

– Если я тебе нравлюсь, выпусти меня из клетки.

– Гм… Ты мне нравишься, но не настолько.

– Под этим помещением есть еще один ярус, – сказала Эшлин. – Я хочу попасть туда.

– А ради чего я должен удовлетворить твое любопытство?

– Ради большого количества безупречного и всемогущего оружия. – Эшлин облизнула губы. – Незавершенные доспехи и пара арбалетов превратили тебя в грозу морей. Из того, что хранится в подземелье, я смогу сделать доспехи для всей твоей команды.

Хауэлл, которому явно очень хотелось получить доспехи, покосился на Симеона, но тот помотал головой и ухмыльнулся:

– У скожитов есть присловье: «Чем неприметнее валун, тем вероятнее, что это каменный чешуйник, который притаился в засаде и ждет удобного случая пропороть тебе брюхо». – Симеон сплюнул на пол. – Может, я дикарь и убийца, но я не дурак. А ты, королева, не умеешь врать. Нет уж, все пойдет так, как я скажу, – коротко и по делу. Никаких больших обещаний, никаких мелких пакостей от премудрой королевы.