Эльвар оглянулась и увидела, как Ильмур вырвался из-за рядов Лютых Ратников и понесся бегом по пепельной равнине. За ним показалась Крака. Она тоже бежала. Ильмур промчался мимо Эльвар и Гренда, остановился возле Бьорра, тот вставил ключ в скважину ошейника и, повернув, раскрыл его с громким щелчком. Снял ошейник и протянул его гундур-трэллу. Тот взглянул на него, схватил и запустил подальше. Затем подбежала Крака, и Бьорр так же освободил и ее.

Эльвар услышала, как ошейник лязгнул о землю.

– ПРЕДАТЕЛЬ! – закричала она.

Бьорр взглянул на нее.

– Присоединяйся, – протянул он ей руку.

– Агнар! – воскликнула Эльвар.

– Он получил по заслугам, – рявкнул Бьорр. – Рабовладелец, наживавшийся на чужом несчастье.

– Но почему? – спросила Эльвар.

Бьорр широко развел руками.

– Потому что я тоже Порченый, – сказал он. – Илска защищает нас, дает нам дом. – Его лицо дрожало от гнева и внутреннего надрыва, в глазах стояли слезы. – Мы, Порченые, тоже живые, тоже люди из плоти и крови, тоже чувствуем радость и счастье, боль и тоску. Мы не звери, чтобы нас травить и продавать.

«Кровь Ротты, которую среди нас учуяла Вёрн, – подумала Эльвар. – Крысы Ротты. Кровь предателя, обманщика, хитреца».

– Это ты убил Трюда, – сказала Эльвар, вспомнив рану в спине Трюда и Бьорра, лежащего без сознания на полу таверны.

Его лицо перекосилось от стыда и чувства вины.

– Я этого не хотел, – прошептал он.

Эльвар сделала к нему шаг, подняла копье и метнула. Летело оно верно и быстро. Но Бьорр закрылся щитом и отступил в сторону с неестественным проворством, и копье пронзило лишь место, где он только что стоял.

Эльвар обнажила меч и двинулась на него.

Гренд схватил ее за руку и оттащил назад.

– Смотри, – сказал он, показывая топором.

Кормильцы воронов за спиной Бьорра уже шли вперед, вставая в строй, поднимая щиты.

– Пусть они придут к нам, – сказал Гренд.