Сначала я присматривалась к самому банкиру: он мне нравился больше. Но он умел считать. В мои расчёты это не входило.
Конечно, я не была содержанкой. Я читала дамские романы и знала о содержанках всё. Содержанка должна:
– страдать.
И чувствовать себя:
– падшей.
Я:
– наслаждалась.
И чувствовала себя:
– летящей!
Однажды я забежала домой, чтобы забрать любимый зонтик.
На столе лежала какая-то записка. Вообще-то она лежала уже третий день. Но я летала, и мне было некогда.
Потом я вспомнила, что забыла зонтик в авто.
Чтобы поездка была не зряшней, записку я всё-таки прочла.
Она была от мужа. Оказывается, его подцепила какая-то Мирабель, цирковая наездница. Она оседлала моего ослика, и он повёз её то ли в Нью-Йорк, то ли в Будапешт – к славе.
Меня это озадачило. Моё уравнение перестало сходиться. Деньги банкирского сына позволяли летать, но жила я всё-таки на мужнины доходы.
На следующий день сын банкира подарил мне кольцо с бриллиантом и сказал, что намерен жениться.
Я величественно согласилась.
Тут выяснилось, что женится он на какой-то румынской иудейке с огромным носом и ещё большим приданым.