— О том и речь.

— Загадками говоришь, Велес.

— Олег сам решил, что так лучше будет. Никто не уговаривал и благ не сулил.

Кощей нахмурился, раздумывая. Заодно и подсчитывая. Влада он мальцом совсем видел, звался он сыном Олега. Того самого — Вещего. Вот только разве человек может столь долго прожить, еще и детородную силу не утратив?.. Но Велесу сказал Кощей совсем иные слова, решив оставить поиск разгадки до лучших времен:

— Уберечь хотел сына от незавидной участи. Восстал бы Влад против пришлой веры и очень скоро сложил бы буйную голову.

— Что с того? — пожал плечами Велес. — Всяк свою кровь бережет.

— Дело прошлое, — согласился Кощей. — О Владе меня не предупреждали, не спрашивали. Я за то не звал, не замечал, даже глядеть не хотел в его сторону. Однако он сам меня выбрал, по воле сердца и разума, дорогу в чертоги мои вызнал, не спросившись, не в дверь вломился, в окно влетел черным вороном. Только тогда принял я его, а принявши никогда не прогоню, что бы ни совершил, как бы ни ошибся.

— Тогда в чем же дело? — спросил Велес и непонимающе развел руками.

— Чту я закон испоконный: свободную волю, всем разумным существам при рождении даренную. Не мне неволить Влада в выборе.

Велес покачал головой, уже было рот открыл, но не обронил ни слова.