Через некоторое время бетонный пол под ногами сменился неровно подогнанными досками, затем — камнями, а потом и вовсе жижей. Воздух по-прежнему был спертым, к тому же к нему примешался сладковатый запах гнили.

— Никогда не думал, что живой источник может бить в таком месте, — проворчал Олег. Идти с каждым шагом становилось все тяжелее, куртку он давно скинул, как и джинсовку с водолазкой, оставшись в одной черной футболке. Ворон же так и шел, как был: на него, казалось, духота вообще не действовала.

— Да неужто? — усмехнулся он. — Источник воду питает, что по вашим трубам течет; живая водица, смешиваясь с этой гадостью, обычной становится. Только благодаря этому в городах еще никто вконец не передох, — слова прозвучали отрывисто и зло.

Олег обернулся. Ворон казался выходцем из какого-то запредельного мира. Причудливые тени разукрасили его лицо, превратив в жутковатую маску. В черных провалах не видно глаз, губы смотрелись темными росчерками, зато лоб и скулы отдавали снежной белизной.

Пока рассматривал, Ворон ловко обогнул его и пошел первым.

— Теперь пойдем след в след, как по болоту, — произнес он.

— Можно подумать, это не оно, — фыркнул Олег.

— В болоте болотник ведает, и он никогда мешать тебе не стал бы — сам боится. Зато если ты не справишься, то и здесь исчезнешь, как в трясине.

— Ясно, — ответил Олег и приказал: — Мешок отдай.

Ворон усмехнулся и вытащил узелок, Олег засунул тот в карман. — А теперь перекидывайся, или как там это у тебя называется?