– Глядите сюда! У нас новый рекрут! – заорал мой благодетель, спешившись и встав со мной рядом, а затем обернулся ко мне: – Ты, Севериан из Несса, прибыл в расположение Восемнадцатой бакелы иррегулярных контариев, и каждый из нас – боец отчаянной храбрости, если дело пахнет деньжатами!
Оборванцы со своими дамами начали подниматься с земли и неспешно, вразброд, не пряча ухмылок, потянулись к нам. Первым шел некто высокий, однако невероятно худой.
– Вот вам, ребята, Севериан из Несса – прошу любить и жаловать! – продолжал мой благодетель. – Севериан, я – твой кондотьер, зовут меня Гуасахт. А эта жердина, что даже длиннее тебя, – Эрблон, первый мой заместитель. Остальные, не сомневаюсь, представятся сами. Эрблон, у меня к тебе дело. Насчет завтрашних патрулей.
С этим он подхватил длинного под локоть и потащил к шатру, оставив меня в окружении толпы прочих бойцов. Один из самых дюжих – медвежьего телосложения, почти моего роста, но вдвое меня тяжелей – кивком указал на мой фальшион:
– А ножен для него у тебя нет? Дай-ка взглянуть.
Я отдал оружие без возражений: что бы ни произошло дальше, поводом для смертоубийства оно наверняка не послужит.
– Выходит, ты кавалерист, верно?
– Нет, – отвечал я. – В седле, конечно, держусь, однако мастером себя не считаю.
– Но управляться-то с дестрие обучен?
– Я куда лучше управляюсь с людьми, чем со скакунами. Как с мужчинами, так и с женщинами.
Все в один голос расхохотались.
– Тоже сгодится, – сказал дюжий малый. – Верхом ездить все равно придется нечасто, а вот знание женщин – и дестрие – будет тебе хорошим подспорьем.
В слова его вплелся звучный топот копыт. Двое бойцов подвели к нам пегого дестрие, мускулистого, с диким огнем в глазах. Поводья его были разделены надвое и наращены, так что коноводы могли вести его, держась справа и слева, шагах в трех от головы. В седле, насмешливо скалясь, непринужденно восседала растрепанная рыжая, точно лиса, девица, взамен уздечки державшая в руках по хлысту. Бойцы и их дамы радостно завопили, захлопали в ладоши, и пегий, испуганный этаким шумом, вихрем взвился на дыбы, молотя воздух перед собою передней парой копыт – точнее, трезубых роговых наростов, называемых нами копытами, хотя это скорее уж не копыта, а когти, вонзающиеся в тело врага не хуже, чем в землю. Мелькали они с такой быстротой, что глазом не уследить.
Дюжий малый хлопнул меня по спине:
– Этот – не лучший из тех, что у меня имелись, однако вполне неплох, и объезжал я его сам. Сейчас Месроп с Лактаном отдадут тебе поводья, а ты просто сядь на него верхом. Сумеешь оседлать его, не столкнув Дарию, – делай с ней что пожелаешь, пока мы тебя не настигнем.