Пончик : «Я НЕ ХОЧУ ГОВОРИТЬ ВСЛУХ НО РЕЙТИНГ НАШИХ ПРОСМОТРОВ ИДЁТ ВВЕРХ ЭТО РАЗВЕ НЕ ШИКАРНО?»
Пончик
– По‑моему, меня спас тот грёбаный педикюрный набор, – сказал я. – Стол должен был упасть мне на лодыжки. Но он отскочил и расколотил кости выше. А я должен был истечь кровью.
Пожар в огромной комнате босса в конце концов сошёл на нет, оставив после себя лишь расплавленный шлак.
Алхимический стол, который послужил верхней частью нашего убежища, повреждений не получил. Другой стол, кусок редута, использованный мной в качестве щита, был искорёжен и изломан.
– Псс, как же странно, – пробормотал я.
Стол из алхимической мастерской на ощупь был прохладным. Я возвратил его в инвентарь. Теперь в моём распоряжении было два таких стола, предназначенных для личного пространства. Этот и
Здесь крылся какой‑то баг, и его можно было использовать. Но нельзя было говорить о нём вслух. Нас спасла несокрушимость мебели? Нужно изучить ночной список примечаний к патчу, чтобы убедиться, что «Борант» не исправил этот баг. А пока воспользуюсь им в наших интересах.
От воздуховода в потолке осталась свисающая ветошь – обрывки, всё ещё державшиеся на стене на скобах. По полу были разбросаны изувеченные остатки щупалец. Земля обжигала ноги.
Пончик прыгнула ко мне на плечо.
– Давай посмотрим карту местности, – предложил я, неуверенно пробираясь к комнате босса. Меня трясло при мысли о том, что там могут найтись детские останки.
Я пробрался через обломки длинных изломанных частей скелета и застыл, осматривая логово
– Такой же запах был тогда, когда ты пытался разогреть в микроволновке кошачий корм, – заметила Пончик.
– Я был пьян. А ты всё сожрала за милую душу, – парировал я.
Дальше нас опять ожидали остатки воздуховода. На стенах висели баннеры, но я был не в силах их читать. Ничего похожего на детские скелеты я не увидел, и от этого стало легче. На земле валялись десятки клуриконов и ещё какие‑то останки, возможно, мёртвые ламинак‑фейри.