«Да-да, я понимаю. У всех у нас бывают периоды взлетов, падений. Сейчас она, видимо, что-то переживает и ее нужно просто поддержать. Вероятно, сказывается чрезмерная нагрузка в университете, или, может быть, работа консультантом в нашей спортивной сборной оказалась слишком нервной, или же какие-то там домашние обстоятельства, в которые нам не стоит углубляться — все может быть.»

«Домашние обстоятельства — это точно! При всем уважении к вам, господин ректор, я не знаю какие у нее успехи в изучении тех или иных дисциплин, и уж тем более в спортивной сфере, но в моем предмете знания ее не соответствуют высшему уровню, предъявляемому нашим университетом и мной лично. Я считаю свой опыт и свой авторитет достаточным для того, чтобы оценивать ее ниже, чем ей бы самой этого хотелось.»

«То есть вы хотите сказать, что ваш несомненно бесценный опыт и высокий авторитет в мировом сообществе математиков и кибернетиков не позволит вам сделать снисхождение в этом одном частном случае? Всего лишь один раз, профессор.»

«Увы, господин ректор, мне жаль. Если это все, то…»

«Нет, не все». Не столько жесткость, сколько безжалостный холод в голосе ректора не позволил профессору встать с места. «Далеко не все.»

Ректор сделал еще более глубокую затяжку и выпустил дым чуть ниже, чем в первый раз. Облако медленно пролетело над головой профессора, который так же медленно пригнулся, словно уклоняясь от тяжелого шара, которым разбивают стены сносимых зданий.

«Если бы вы могли сделать одно снисхождение, вам бы не было так трудно сделать и остальные, но в вашем случае я не знаю что и сказать.»

«Вы это о чем?»

«Профессор, у вас целый курс не успевает. Весь третий курс если и получил какие-то оценки во время вашего первого промежуточного экзамена, то самые низкие, унизительно низкие оценки. А это как вы объясните?»

«Господин ректор, во-первых, не все: пятеро студентов сдали экзамен достойно и получили высокие оценки.»

«Всего пять? Из двадцати четырех?»

«Мы работаем, по сути дела, с детьми, а предмет мой достаточно сложный, и неудивительно, что в первом семестре многие пока не смогли почувствовать всех нюансов в его изучении и подобрать к нему ключ. Скоро у нас второй промежуточный, а после и основной. Проследите и вы сами увидите, как будут отличаться новые результаты от осенних.»

«Вы думаете мне больше нечем заняться, как следить за тем, какие оценки вы соблаговолите поставить нашим студентам? Знайте меру. Вы обязаны учить их, а не воспитывать. Дома пусть их воспитывают, а вы должны учить, повышать успеваемость вашего курса, а следовательно и всего университета. На всеобщем фоне ваш курс стал выделяться, и мне это, поверьте, неприятно слышать из отчетов об успеваемости.»