Глашка открыла один глаз и небрежно махнула рукой в сторону Сытина. Сытин, словно брошенная кукла, покатился по песку.

— Я же велел тебе утихнуть, колдун! — звонким голосом сказала Глашка.

Хазарские воины бросились было к месту схватки, но застыли под холодным взглядом кощея.

Я снова пополз к Божену. Ползти на коленях получалось намного быстрее, чем на животе. Я уже почти добрался до святоши и приготовился выбить крест из его руки.

Пусть лучше кощей уйдёт живым, и Глашка тоже. Тогда у меня будет шанс её спасти!

Но в этот момент в небе послышался треск, словно разрывали на куски гигантское тряпичное полотно.

Я запрокинул голову и увидел, как рвётся небо.

И я ни хера не преувеличиваю!

Небо действительно разрывали на части. Облачная пелена разлеталась кусками, из-под неё проступала глубокая прозрачная синева. Но синева тут же расползалась по швам, и в разрывах я увидел угольно-чёрную пустоту. В ней даже звёзд не было!

По ушам резанул визг — это люди у костров кричали от ужаса. Я мог их понять — у них на глазах рушилось на хрен мироздание!

— Я, пожалуй, тоже пойду, — пробормотал внутри меня демон коварства и быстро шмыгнул наружу.

Я вскочил с земли и подхватил меч.

А с угольно-чёрного неба уже падала ослепительно-белая молния!

Своей грудью я заслонил Глашку. Молния летела прямо в меня. Я понял, что мне приходит песдец, и просил только об одном — чтобы гнев богов не зацепил Глашку.

— Отойди, Немой! — раздался над ухом насмешливый звонкий голос.

Сильная рука небрежно оттолкнула меня. Я снова упал на траву и увидел, как молния бьёт прямо в Глашкину грудь, прикрытую тонкой рубахой.

Молния разлетелась огненными брызгами, а Глашка рассмеялась.

— Ты решил, что сможешь потягаться со мной, Перун?! — закричала она, подняв лицо к небу. — Так приходи сам, а не молниями швыряйся!

И Перун пришёл. Он возник словно из воздуха. В серой домотканой рубахе и в лаптях. Только в руках у него был сверкающий меч. Этим мечом бог, не говоря ни единого слова, полоснул Глашку сверху вниз.

Глашка вскинула руку и кулаком отбила сияющее лезвие. Глаза её налились кровью.