— Вот с тебя я и начну, молокосос! — прорычала она в лицо Перуну. — А закончу теми, кто бросил меня здесь! Трусы, которые убегают и прячутся, недостойны быть богами!

Бог снова взмахнул мечом. И тут между ним и кощеем скользнула гибкая дымчатая тень.

Огромный барс поднялся на дыбы и принял на себя удар божественного меча! Сверкающее лезвие хрустнуло и обломилось.

Барс зарычал, отряхнулся и превратился в бога Тенгри.

Ипать!

А он-то здесь откуда?!

Тенгри тем временем мимоходом коснулся Глашкиной щеки.

И Глашка замерла, словно вкопанная.

Перун отступил на шаг. В его широких крестьянских ладонях, между узловатыми пальцами снова возникло ослепительно-белое сияние.

Тенгри вскинул руку.

— Остановись! — крикнул он Перуну. — Или на этот раз ты хочешь уничтожить мир?!

Перун грозно ухмыльнулся.

— Я хочу уничтожить мир? А, может быть, ты, бог пыльных степей и пустынных могил хочешь его гибели? Это ведь ты выпустил в мир своё исчадие, когда понял, что не сможешь победить меня в честном бою!

Перун кивнул на кощея.

— Взгляни, что он здесь натворил! Он и твой шаман! Но я остановлю его. А если ты вздумаешь помешать — то и тебя тоже! Один раз я уже сумел это сделать. Сумею и снова!

Огромная шаровая молния разгорелась в его руках. Перун замахнулся, чтобы швырнуть этот огненный шар в Глашку.

Я услышал странный грозный гул, похожий на протяжный стон. Казалось, этот звук исходил из самой глубины земной толщи.

Земля задрожала. А затем тонкий слой травянистого дёрна лопнул, и между богами пролегла узкая трещина.

— Стойте! Перестаньте!

Голос, похожий на грохот грозы, перекрыл вопли ужаса.