– Сними камень. Неужто ты хочешь всех нас погубить вместе с детьми?

Он прикоснулся к камню и почувствовал, что тот холоден, как был холоден все эти дни. Увы, Кирану было нечего сказать Бранвин, что не напугало бы ее больше, чем она уже боялась: лучше гнев, чем боль.

– Ответь мне.

– Нет, Бранвин.

– О боги!

Он снял свой плащ с гвоздя.

– Я недалеко.

– Возьми меня с собой.

Он покачал головой.

– Нет.

– В Элд. Значит, в Элд?

Он надел плащ, делая вид, что не слышит.

– Может стать холодно.

– О боги, Киран, не уходи.

Он с трудом раздвинул губы в улыбке.

– Вернусь к ужину, – промолвил Киран, словно собираясь прокатиться вдоль изгороди.

И он начал таять – не часть его, как бывало раньше, а целиком, сжав камень в руке, пока сырой серый туман не обступил его.

– Арафель! – вскричал он. – Арафель! – Но в третий раз не осмелился позвать. Киран долго прислушивался в надежде на малейший звук, сердцем пытаясь отыскать хоть какой-нибудь след. – Я здесь, – закричал он в серую мглу, в зелень деревьев. – Ты сказала, чтоб я не звал тебя, что ты сама будешь знать, чем я занят. Ты сказала, чтоб я не приходил сюда, но здесь теперь не опаснее, чем в любом другом месте, ибо опасность всюду. И ты мне нужна.

Тишина была ему ответом, глубокая тишина – ни ветер не пролетал, ни лист не шелохнулся.

– Что же мне делать? – вскричал Киран еще громче, пытаясь разорвать тишину. – Можешь ли ты помочь мне… хотя бы советом? Я знаю, что ошибся, послав Донала туда. Боюсь, я сделал слишком много ошибок. Я могу отправиться к королю в Дун-на-Хейвин, но тогда в Кер Велле останется слишком мало сил для защиты, или мне придется брать с собой слишком малую свиту в путь. Что мне делать – оставаться здесь и ждать? Ты этого хотела? Что мне суждено?