Киран вздрогнул. Как-то он вышел снова в свои леса, менее жуткие, чем покинутое им место, и солнце здесь сияло сквозь переплетение ветвей и летние листья. Ничто его не держало: колючки здесь не росли, и у ног его тек Керберн.

И вдруг с замиранием сердца он понял, где находится, – он тут уже однажды встречался с госпожой Смертью – это был брод рядом с Вороновым холмом. До дома здесь было полдня пути. По крайней мере, он знал дорогу: этим путем шел, наверно, и Ризи, а когда-то он сам бежал здесь, преследуемый псами Охотницы. Здесь проходила тропа, что вела в самое сердце Элда, в ту рощу, где Киран впервые встретил Ши под деревом, которое вросло корнями и в его землю, и в ее.

«Там должна она быть», – сказал себе Киран; только там оставалась надежда, если она еще оставалась, если он осмелится пойти туда, несмотря на нежелание Арафели. Как все переменилось: когда-то она заботилась о том, чтобы он был невредим. Теперь он был озабочен ею и всем, что зависело от нее. Киран поспешно спустился к берегу, хотя спина его и покрылась мурашками при воспоминании о стрелах и о том, что рядом с этим бродом был Ан Бег.

Опасность. Он вдруг ощутил ее рядом, когда уже погрузился в темный поток, – какая-то дрожь в воздухе и яд ветров. Тогда Киран удвоил скорость и, задыхаясь, рванулся к дальнему берегу, вышел на него весь вымокший, уставший от карабканья вверх, но мыслями он уже был в ином мире.

«Ан Бег, – подумал он. – Стережет брод». И он нырнул в Элд, как в сон, вспоминая иной день, когда он встретил в этом месте зло. «Роща», – повторял Киран, но не мог отыскать путь. Мгла сгустилась. Ветви цеплялись за него. Близость железа пронизывала его, как яд, так что он спотыкался, едва не теряя Элд.

Мрак кружил перед ним холодным и влажным ветром. Он трещал и шушукал, и грязь прилипала к ногам Кирана, засасывая, как ночной кошмар. И твари скакали и цеплялись за его сапоги, стараясь подобраться к рукам, и холод стоял немыслимый. Он метнулся в сторону, отступая, попробовал идти другим путем, но мертвый валежник трещал под его весом, и на этом пути лежал еще более страшный мрак. Воздух был пропитан злом и угрозой – от этого сжимало грудь, и сердце начинало биться быстрее. И все новые и новые твари выходили навстречу Кирану, раздувшиеся от новой силы: одна сидела на мертвом суку и со смехом бросилась вниз, всем телом приникнув к рукам и ногам человека.

От отшвырнул тварь в сторону вместе с суком, но теперь перед ним что-то плыло – черное и не вполне правильное, с длинными белыми волосами, и, как Киран ни старался, ему было не миновать его.