– Выпей, – попросил Лэнгли. Марин подчинилась и с улыбкой на губах заснула. Он удержался, чтобы ее не поцеловать.

Вернувшись в лабораторию, Лэнгли увидел, как Сарис прячет в висящую на шее сумку флакон с пилюлями. Вальти ушел заниматься бумагами, они остались одни в окружении машин.

– Я чувствовать, как ее разум сстать ясный, пока я сслушать. Люди часто так болеть?

– Бывает иногда. Сдвиг по фазе. Мы не так хорошо устроены, как ваш брат.

– Вы тоже могли бы. Мы убивать сслабый в детстве.

– В прошлом мой род иногда так поступал, но обычай не прижился. В нашей природе есть что-то такое, что противится убийству детей.

– Зато вы сспособны разрушать целый мир ради амбиций. Я никогда вас не понять.

– Мы и сами себя не в силах понять. – Лэнгли, задумавшись, потер шею. – Может быть, потому что мы не телепаты? Каждая особь отделана от других, и каждый человек развивается по-своему. Ваш род наделен эмоциональным сопереживанием, трымчане, говорят, обмениваются мыслями напрямую. В таких ситуациях отдельная особь как бы контролируется всем обществом. Люди же всегда одиноки, каждому из нас приходится искать свой собственный путь, каждый человек развивается индивидуально.

– Возможно. Я удивлен тем, что узнать о вашем разнообразии. Я иногда думать, ваш народ – отчаяние и надежда вселенной одновременно.

Лэнгли зевнул. Действие стимулятора закончилось, он валился с ног от усталости.

– К черту! Пора на боковую.

Несколько часов спустя его разбудил грохот взрыва. Сев на кровати, Эдвард услышал залпы бластеров.

Глава 14

Еще один взрыв потряс стены и нутро Лэнгли. Кто-то кричал, кто-то ругался, из коридора слышался топот. Астронавт быстро натянул одежду и выхватил оружие, испытывая жуткую тошноту. В чем-то они просчитались, бунт пешек подавлен, партия еще не закончена.

Эдвард привалился к старинной неавтоматической двери и чуточку приоткрыл ее. Из коридора пахнуло вонью горелого мяса. На полу распластались два трупа в сером, однако схватка кипела уже в другом месте. Лэнгли вышел.

Сверху, со стороны зала заседаний послышался шум. Он побежал туда, смутно надеясь зайти атакующим в тыл. Горький ветер относил дым в сторону, и все же вдруг стало трудно дышать. Очевидно, ворота на входе взорваны, и внутрь устремился разреженный горный воздух.

Лэнгли ворвался в дверной проем и нажал на спуск. Отдачи не последовало, луч бластера прошипел далеко от врага. Прежде чем он разобрался в правилах стрельбы, один из нападавших с разворота ловко выбил ногой бластер у него из рук. Оружие с лязгом отлетело в сторону, в лицо нацелилась дюжина стволов.