– Милорд, – высокопарно произнес он, – я должен напомнить вам, что Общество…

Чантхавар вперил в купца жесткий взгляд прищуренных глаз. На гладком лице не отразилось ни единой эмоции.

– Согласно законам Солсистемы вы совершили уголовное преступление.

– Право экстерриториальности…

– Здесь оно не действует. В лучшем случае вас депортируют. – Чантхавар, очевидно, решил не развивать мысль. – Тем не менее я готов отпустить вас. Соберите ваших людей, возьмите на плантации флайер и возвращайтесь в Лору.

– Милорд очень милосерден. Позвольте спросить почему?

– Неважно. Идите.

– Милорд, я уголовный преступник. Я это признаю. Я хочу справедливого суда, как указано в статье VIII, разделе 4 Лунного договора.

Взгляд Чантхавара остался холодно-невозмутимым.

– Убирайтесь вон, или я вышвырну вас силой.

– Я требую, чтобы меня арестовали! – воскликнул Вальти. – Настаиваю на моем праве и привилегии очистить совесть. Если вы меня не задержите, я лично обращусь к «Технону».

– Ладно! – бросил Чантхавар. – У меня есть приказ непосредственно от «Технона» отпустить вас на все четыре стороны. Почему, я не знаю. Приказы не обсуждают. Я получил его, как только доложил обстановку и сообщил о моем намерении предпринять рейд. Вы удовлетворены?

– Да, милорд, – пресным тоном ответил Вальти. – Благодарю вас за доброту. Всего хорошего, господа.

Он неуклюже поклонился и вышел.

Чантхавар расхохотался.

– Старый наглый жук! Я не хотел говорить раньше времени, но он все равно выпытал. Пусть теперь гадает вместе с нами. «Технон» подчас принимает загадочные решения. Полагаю, что интеллект, выстраивающий планы на тысячу лет вперед, иначе не может. – Министр встал и потянулся. – Пошли. Может быть, я еще успею на концерт в Сальме.

На улице Лэнгли зажмурился от солнечного света. За последние пять тысяч лет в тропиках стало еще жарче. При виде группы вооруженных мужчин, садящихся во флайер, у него защемило на сердце.

– Чантхавар, позвольте мне попрощаться с Сарисом.

– Нет. – Агент не без сочувствия покачал головой. – Я знаю, что вы друзья. Но мы и так сильно рисковали.

– Я его когда-нибудь увижу?