В первый момент они все показались ему одинаковыми; потом он заставил себя различить индивидуальные особенности роста, телосложения, лиц: пришельцы походили друг на друга не больше, чем люди.

Один из них заговорил, издал горловое рычание. Когда он открыл рот, стали видны длинные синие собачьи клыки, хотя в остальном зубы выглядели такими же неспециализированными, как у человека.

Гамильтон обернулся.

– Они ведут себя не как боевой отряд, – сказал он. Тишину нарушал только его голос и негромкий шелест ветра. – Но никогда не знаешь… Эвери, вы лингвист. Можете что-то разобрать в их речи?

– Еще… нет. – Лицо психмена блестело от пота, голос подрагивал. Лоренцен не мог понять причины такого возбуждения. – Но у них есть отдельные слова.

– Проклятье, я даже этого не слышу, – проворчал Гуммус-лугиль. – Все звучит одинаково.

Заговорил другой пришелец. Сосредоточившись, Лоренцен смог различить паузы между группами фонем. В колледже он прошел курс сравнительной лингвистики, однако воспоминания о нем были весьма смутными.

– Они ведут себя как… как не знаю что, – сказал Гамильтон. – Но определенно не считают нас великими богами с небес.

– Я бы не стал этого ожидать. – Эвери покачал головой. – Если их прогресс дошел до порохового стрелкового оружия, надо полагать, у них весьма образованное общество. Эти мушкеты выглядят лучше, чем земные во времена Ньютона.

– Но откуда они явились? – воскликнул Фернандез. – Здесь нет городов, нет дорог, нет даже деревень! Сомневаюсь, что на этой планете найдется хотя бы один дом!

Гамильтон пожал плечами.

– Это я и надеюсь выяснить. – Его голос стал отрывистым. – Эвери, ваша задача – разобраться с их языком. Фон Остен, выставьте охрану на оборонительных постах и выделите человека, чтобы сопровождал этих существ в пределах лагеря. Но без грубостей, если только они не предпримут нечто крайне подозрительное. И не пытайтесь их удержать, если захотят уйти. Остальные пусть возвращаются к работе, но держите оружие наготове и не покидайте лагерь, не поставив меня в известность.

Разумно, подумал Лоренцен. Пришельцы не выглядели опасными, но кто знает, кто знает.

Собравшиеся медленно разошлись. Инопланетяне достаточно охотно последовали за Эвери, и постепенно люди перестали смотреть им вслед. Лоренцен услышал шепот Фернандеза:

– Все-таки аборигены! И весьма высокоразвитые!

– Да. – Могучие плечи Гуммус-лугиля непривычно ссутулились. – Похоже, это смертельный удар по идее колонизации.

И, возможно, по всем мечтам человека о звездах.

Лоренцен пошел за Эвери.

– Я могу тебе помочь, Эд? – спросил он. – Сам знаешь, мне нечем заняться.