Что-то серебристо-серое промелькнуло перед глазами Мышелова так близко, что его очертания оказались размытыми. Не раздумывая, Мышелов нырнул назад и вырвал из ножен Скальпель.

Острый как бритва наконечник копья, проткнувший стенку шатра, словно бумагу, остановился в каких-то дюймах от головы Фафхрда и был тут же втянут обратно.

Их кожаную стенку пробил дротик. Его Мышелов отбил в сторону своим мечом.

Снаружи поднялся шквал криков. Одни вопили «Смерть чужестранцам!», другие – «Выходите, собаки, и дайте себя убить!».

Мышелов стоял лицом к кожаной двери, и его взгляд метался из стороны в сторону.

Фафхрд, который отреагировал почти так же быстро, как и Мышелов, наткнулся на слегка необычное решение стоящей перед ними запутанной тактической проблемы – проблемы людей, осажденных в крепости, стены которой и не защищают их, и не позволяют выглянуть наружу. Первым делом он прыгнул к центральному шесту шатра и сильным рывком вытащил его из земли.

Ведьма, реакция которой тоже была подсказана солидным здравым смыслом, бросилась ничком в грязь.

– Снимаемся со стоянки! – воскликнул Фафхрд. – Мышелов, прикрывай спереди и направляй меня!

С этими словами он ринулся в сторону двери, неся с собой весь шатер. Последовала быстрая серия небольших взрывов – это полопались не очень-то прочные старые ремни, привязывающие кожаные стенки к кольям. Жаровня перевернулась, рассыпая угли. Через ведьму Фафхрд перешагнул. Мышелов, бегущий впереди, широко распахнул дверную прорезь, и сразу же ему пришлось пустить в ход Скальпель, чтобы парировать удар меча из темноты. Другую руку он использовал для того, чтобы держать дверь открытой.

Атаковавший головорез был сбит с ног и, возможно, слегка потрясен тем, что на него напал шатер. Мышелов наступил на поверженного противника и, как ему показалось, услышал треск ребер, когда Фафхрд проделал ту же процедуру. Это было приятным, хотя и несколько жестоким штрихом. Затем Мышелов начал кричать:

– Сейчас поверни налево, Фафхрд! Теперь немного вправо! Слева сейчас будет аллея. Приготовься резко свернуть туда, когда я скажу. Давай!

Мышелов схватился за кожаные края двери и помог развернуть шатер, когда Фафхрд крутанулся вокруг своей оси.

Сзади раздались крики ярости и удивления, а также пронзительные вопли, – похоже, их издавала ведьма, возмущенная пропажей своего дома.

Аллея была такой узкой, что края шатра цеплялись за дома и ограды. Как только Фафхрд почувствовал под ногами неутоптанный участок грязи, он сразу же воткнул туда шест, и друзья выбежали из шатра, перегородившего аллею.