– Может быть, – мрачно согласился Мышелов. – Но разве в этих пустошах нет обыкновенных путешественников? Правда, мы не встречали ни души от самого Мингола…

Фафхрд задумчиво сказал:

– Это может быть лагерь ледовых гномов… хотя они редко покидают свои пещеры, кроме как в разгар лета, а это было уже месяц назад… – Он внезапно замолчал, озадаченно хмуря брови. – Интересно, откуда я это знаю?

– Еще одно воспоминание времен детства, всплывающее на поверхность черного котла? – высказал догадку Мышелов.

Фафхрд с сомнением пожал плечами.

– Значит, остаются Кранарх и Гнарфи, – заключил Мышелов. – Я готов признать, что этих слабаками не назовешь. Возможно, нам следовало завязать с ними драку в Иллик-Винге, – предложил он. – Или, может, даже сейчас… быстрый ночной переход… внезапный налет…

Фафхрд покачал головой.

– Мы сейчас скалолазы, а не убийцы, – сказал он. – Человек должен быть целиком и полностью скалолазом, чтобы бросить вызов Звездной Пристани.

Он снова указал Мышелову на самую высокую гору.

– Давай лучше изучим ее западную стену, пока еще достаточно светло. Начнем с подножия, – сказал он. – Эта сверкающая юбка, ниспадающая с ее заснеженных бедер, которые поднимаются почти на такую же высоту, что и Обелиск Поларис, – это Белый Водопад, где не смог бы выжить ни один человек. Теперь выше, к ее голове. Под плоской, надетой набекрень снежной шапкой свисают два огромных разбухших снежных локона, по которым почти непрерывно струятся лавины, словно она расчесывает их день и ночь, – их называют Косами. Между ними – широкая Лестница из темного камня, отмеченная в трех местах полосами уступов. Самая высокая из этих полос – это Лик. Видишь более темные уступы, отмечающие глаза и губы? Средняя полоса называется Гнёзда, самая нижняя – на уровне широкой вершины Обелиска – Норы.

– А чьи это гнезда и норы? – поинтересовался Мышелов.

– Никто не может ответить, потому что никто не поднимался по Лестнице, – ответил Фафхрд. – Ну а теперь наша дорога наверх – очень простая. Мы поднимемся на Обелиск Поларис – гору, которой можно верить, если такие вообще бывают, – затем перейдем по провисающей снежной седловине (это самая опасная часть нашего восхождения!) на Звездную Пристань и поднимемся по Лестнице на ее вершину.

– А как мы будем подниматься по Лестнице в длинных пустых промежутках между уступами? – спросил Мышелов с неким подобием детской невинности в голосе. – Разумеется, если обитатели гнезд и нор признают действительными наши верительные грамоты и позволят нам сделать попытку.

Фафхрд пожал плечами: