Вихрь сделал последний поворот. Я бежала по внешнему контуру, энергия протекала через меня и вращалась по идеальному кругу среди солдат. Между синими энергетическими полосками я увидела первую зелень и просторное место между палатками и стеной Нью-Йорка. Сосредоточилась на этом участке земли и наклонилась вперед, пока вихрь не начал спускаться.

Мне было трудно контролировать свои эмоции так, чтобы они не влияли на вихрь. Потому что злость на Бэйла, а также на Фагуса все еще пульсировала в моих венах. Вихрь то вибрировал, то поднимался. Мои руки дрожали, когда я максимально мягко опустила нас всех на землю.

Я поймала энергию, позволяя ее тревожному потрескиванию скользнуть обратно в мою руку, прежде чем оглянуться.

Солдаты благополучно приземлились, а человек, который, очевидно, ждал нас, был всего в нескольких метрах от нас.

Я внутренне застонала. Рыжие волосы, неоновые каракули на униформе, улыбка дикой кошки. Рокс, лидер «Заблудших детей». Арисса, должно быть, поручила ей включить вновь прибывших солдат в нашу систему.

Как только мы прибыли, она кивнула и стала прикладывать свой детектор к детекторам проходящих солдат, что-то быстро выстукивая на приборе пальцем.

Количество палаток, расположенных на поляне перед защитной стеной, за последние несколько дней выросло втрое.

Я обернулась. Позади меня возвышались огромные – сто двадцать четыре метра – ворота. Не считая подземных туннелей, это был единственный проход в стене. Ворота называли Небесными, потому что процесс отбора тех, кого допускали в город, а кого нет, был по меньшей мере таким же, как перед вратами в рай. Те, кого признавали недостойными, оставались снаружи. У тех, кому разрешали проходить внутрь, жизнь могла стать счастливой навсегда. Люди верили в это десятилетиями.

Ворота были сделаны из закаленного металла, в который были встроены сенсоры. Сенсоров было бесконечно много – вся стена в них. Незадолго до того, как Скай-Сити прибудет сюда, все они будут активированы. И тогда даже я со своими вихрями не смогу пройти внутрь.

Над воротами находился командный пункт. Я знала, что завтра Гилберт, Арисса, глава кураториума Нью-Йорка и эвакуированные главы других институтов будут наблюдать оттуда за боевыми действиями.

Это было похоже на другую жизнь, когда мне и самой не верилось, что мы с Бэйлом перепрыгнули через эту стену с помощью вихря – через натянутый защитный экран из гравитационных сенсоров, который и сегодня еще вспыхивал синим цветом через равные промежутки времени.

Стена считалась непроходимой.