— Джуди, тебе не кажется, что этого многовато для завтрака? — Спросил он с невинным видом, явно проглотив окончание фразы «для приличной девушки».

— Хм, и верно …, — я с наслаждением принюхалась, — нет, не кажется.

Первым делом я взяла кусок сыра и воткнула его в земляничный джем, слегка присолила эту странную закуску и отправила в рот. Рандаргаст изо всех сил пытался сделать вид, что ему совсем не интересно наблюдать за моими причудами, хотя изумление на его лице начисто ломало всю маскировку. Я же перешла к ветчине с горчицей и … да, земляничным джемом. Да что тут говорить! Земляничный джем сегодня был у меня фаворитом, я ела его буквально со всем подряд. Ела, ела, ела, запивала чаем, снова замазывала земляничным джемом что под руку попадется, пока все эти славные тарелочки с блюдцами не опустели.

— Ну, Джуди! — Потрясенно проговорил Рандаргаст. — Ну это что-то новенькое! Ни разу еще такого не видел.

Да, действительно. Я тоже не замечала за собой раньше подобного пристрастия к земляничному джему. Ладно, спишем это на стресс, как-никак меня едва не похитили совсем недавно.

— Ты себя хорошо чувствуешь? — Спросил Рандаргаст с абсолютно безмятежным видом, чинно поглощая гренку с остатками все того же несчастного джема.

— Да, а что — мне должно быть плохо? — Невинно спросила я. Он пожал плечами. — Долго нам еще путешествовать? — Я решила сменить тему нашей светской беседы.

— Еще два дня. — Тихо произнес Рандаргаст и вдруг с отвращением оттолкнул от себя гренки, будто потеряв аппетит. — Завтра мы доберемся до последней обители Ордена в этих краях, после этого мы окажемся в столице.

На этом месте у меня вдруг тоже пропал аппетит.

— И что потом? — С напряжением спросила я. Рандаргаст старательно не смотрел на меня. Он пожал плечами.

— Не знаю. Но я сделаю все, что смогу.

— Что ты сможешь, Рандаргаст? — Со вздохом сказала я. — Кстати, объясни мне одну необъяснимую вещь — зачем ты приходишь ко мне по ночам?

Он звучно уронил руки на стол.

— Ты заметила? — Упавшим голосом спросил он. — Хорошо, я больше не буду этого делать.

— Да ради всех богов в мире, приходи на здоровье, но только объясни мне — почему по ночам ты со мной, а днем — убегаешь от меня?

Рандаргаст пристально посмотрел на меня, затем рассеянно потер лоб, но ничего не сказал. Встав, он подошел к окну и долгое время торчал там, уткнувшись лбом в стекло. Слуги бесшумно опустошали стол, унося посуду. Я сидела, упорно надеясь получить хоть какое-то объяснение. Да хотя бы то самое, которое он придумывает прямо сейчас. Но он молчал. Когда же в комнате остались только мы вдвоем, я решилась: рывком встала, подошла к нему и обняла сзади, сцепив руки на его животе. Рандаргаст вздрогнул. Подавшись вперед, он высвободился из моих объятий, затем повернулся и нежно прикоснулся к моему лицу обеими руками: