– Зачем ты хочешь от него избавиться? – удивилась Норригаль. – Такая штука может спасти тебе жизнь, если только она действует.

Но смотрела она на кольцо с не меньшим интересом, чем я. У нас не возникло никаких сомнений, действует ли оно вообще. При взгляде на него у нас обоих шевелились волосы на затылке.

– Она говорит, что деньги ей нужны больше, чем спасение жизни. Она задолжала гоблинскому жрецу. Один удар молнии ее не защитит.

Запросила она подозрительно мало за магию такого порядка.

Мы с Норригаль переглянулись.

Я решил, что Чед не чувствует магии и поэтому не уверена, что кольцо действует. Но не хочет, чтобы мы знали, что она этого не знает, и поэтому назвала самую высокую цену, какую только надеялась получить от продажи кольца в таверне. Но оно, вероятно, стоило много дороже.

– Как ты его раздобыла? – спросила Норригаль, но я успел схватить Гальву за руку и покачал головой, прежде чем она начала переводить. Такие вопросы ворам не задают.

Норригаль протянула Чед золотую «королеву» и двух серебряных «рыцарей», которые в Средиморье были точно такими же, как в Холте.

Чед попробовала монеты на зуб, а потом спрятала.

Воровка отдала Норригаль кольцо, но оно оказалось велико для всех пальцев, кроме большого. На него Норригаль его и надела.

Мы вышли из таверны, довольные тем, как складывался до сих пор вечер. Норригаль украдкой любовалась магическим кольцом, а я украдкой любовался ею. Гальва смотрела в оба, не убирая руку далеко от своего свирепого меча. Йорбез курила табачную самокрутку. Малк шел обычной походкой молодого бандита любой страны, но нигде она не достигала такого совершенства, как в гальтской части Холта. Так иногда ходят черноязыкие головорезы: каждый шаг как короткий пинок, а туловище при этом слегка покачивается. Слово «вразвалочку» почти охватывает суть этой походки, но упускает оттенки скуки, озорства и надежды встретить что-то необычное, чего бы ни стоило это удовольствие.

Это похоже на тайную молитву в движении.

И такие молитвы редко остаются без ответа.

47 Перетягивание

47

Перетягивание

Мы пошли вдоль цепи, отделявшей гоблинский квартал от собственно Гревицы, но вовсе не потому, что хотели держаться поближе к кусачим, а для того, чтобы быстрей отыскать наш постоялый двор рядом с пекарней.

Но пока мы еще не добрались до аромата пирожков с говядиной.

Мы все еще шли вдоль цепи гоблинского квартала, ощущая совершенно другой запах. Если вы не знаете, как пахнут гоблины, я не смогу объяснить, на что это похоже, потому что это не похоже ни на что в целом мире. Скажу только, что первые раз пять-шесть вас может вырвать и вы его уже никогда не забудете.