Гальва сообразила, что не сможет забраться на уступ, с которого доносился голос. Скала была крутой, скользкой, с безжалостно острыми краями. Только птица могла бы туда взлететь.
Воительница задала Мирейе вопрос на спантийском, вероятно спрашивала: «Как ты туда попала?»
–
«Взлетела».
– Так лети скорей вниз, – сказала Гальва.
– Не могу, – ответила по-спантийски Мирейя.
– Почему?
– Я больше не птица.
Понимаете? Чтобы попасть туда, нужно и впрямь быть птицей.
Потом она спросила:
– Гальва?
–
«Да».
– Я знала, что это ты.
По тому, как Мирейя сказала это, я понял, что они были любовницами. Не такой уж я и проницательный, вы бы тоже поняли, если бы слышали это. Гальва была любовницей инфанты Мирейи, королевы Аустрима.
Я снова посмотрел на покрытую потом великаншу, на мертвых людей.
На всевозможные сундуки и дорожные сумки.
На сломанную раскрашенную клетку.