— На Соргосе произошла ядерная война, — медленно сказал Матиас.

— Да, война была неизбежна, — нахмурился юноша. — Нам удалось её инициировать лишь со второй попытки, пришлось грубо вмешаться. Кстати, в этом тоже ваша вина! Вы сознательно использовали местные суеверия? Или…

Договорить он не успел. Матиас ударил его в челюсть.

Старпом не слишком любил или умел драться. Да и ситуация никак не располагала, но удержаться он просто не смог.

То ли от нахлынувшей на Матиаса ярости, то ли от неожиданности нападения, Георг никак не среагировал. Рухнул на пол, взмахнув руками и выпустив надкушенное яблоко. Замер, глядя на нависающего над ним Матиаса.

— Миллионы погибших! — закричал Матиас. — Рухнувшая цивилизация, погибшая культура! Миллионы погибших, понимаете? Женщины, дети! Они же вообще травоядные, они совсем никого не убивали!

Георг, моргая, смотрел на него, потирал челюсть. Потом рассмеялся.

— А у вас хороший удар! Но вы же ничего не понимаете. Никто не погиб, понимаете? Никто!

Матиас стоял, тяжело дыша и борясь с искушением ударить снова. Он был в чужом, невообразимо огромном и совершенно нелепом мире. Его перенесли сквозь пространства, а потом подняли с поверхности на невероятный летающий город. Возможно, его подозрительно юному собеседнику достаточно щелкнуть пальцами или нахмурить брови, чтобы Матиаса выкинуло в вакуум, испепелило на месте или разнесло в пыль…

— Ну, знакомство у нас не заладилось, — продолжил парень, вставая. — Давайте попробуем ещё раз? Георг!

Он снова протянул Матиасу руку.

— Что вы имеете в виду, говоря, что никто не погиб? — спросил Матиас.

— Мы никого не убиваем, мы спасаем, — ответил Георг. — А вот вы, между прочим, губите. Всё ваше безумное Соглашение…

Он вздохнул и, видимо смирившись с тем, что рукопожатия не будет, прошёл мимо Матиаса. Распахнул окна, вышел наружу.

Старпом настороженно последовал за ним.

Да, они действительно были на поверхности летающего города, в высоком здании ближе к вершине. Полукруглый балкон с невысокими перилами (Матиас не решился к ним подойти) выступал из ровной стены, словно его специально соорудили при появлении незваных гостей. Радужное защитное поле вокруг города то ли сняли, то ли изнутри его не было видно.

Зато отсюда, с высоты (город, похоже, поднялся на несколько десятков километров), лучше ощущалось Кольцо. Едва-едва, но всё же угадывался подъём поверхности в одну из сторон… Матиас повернул голову — да, верно, при взгляде в другую сторону тоже возникало ощущение «неправильности», поверхность игнорировала привычные законы планетологии.