Погребенная заживо. Без единого шанса спастись. Ноги подкосились, живот скрутило, меня зашатало, как пьяную. Тьма обступала со всех сторон. Угнетала, перекрывала кислород.
Несмотря на все мои старания, силы стремительно таяли. Схватившись здоровой рукой за стену, я судорожно задышала, но воздух – вязкий, словно мокрая глина, застревал в горле.
Арктур мгновенно сориентировался:
– Мальпертюи, попроси Леандра притормозить.
– Он будет не в восторге, – честно предупредил Мальпертюи.
– Не надо, – прохрипела я. – Со мной все хорошо. Сейчас отпустит.
– Нет, не хорошо, – отрезала Рейнельда. – А ну присядь.
Она помогла мне сесть. Увидев мое состояние, Мальпертюи выругался и пошел догонять Леандра.
– Ну, чего копаетесь? – С появлением Леандра галлюцинация рассеялась. – Хватит прохлаждаться, – прошипел он с плохо скрываемой злостью. Я вскинула на него мутный взгляд. – Что за фокусы, marcherêve? Если у тебя кишка тонка для таких походов…
– Угомонись, фраер! – рявкнула Иви. Ее слова эхом разнеслись под сводами. – Она хлебнула горя на водной доске!
Из Леандра выветрилась вся злость. Он странно покосился в мою сторону.
– Ладно, привал. Один, – леденящим кровь шепотом произнес он. – А если еще кто-нибудь повысит голос, брошу подыхать в туннеле.
Иви с ненавистью уставилась на него. Наконец Доходяга отвел глаза и зашагал прочь. Арктур, изображая из себя телохранителя, отступил в темноту. Анку протянул мне фляжку с резко пахнущим содержимым.
– Откуда ты взял алкоголь? – спросила я. Анку пристально всматривался в меня, потом повернулся к Рейнельде. Та выставила ладонь и дважды провела ею на уровне его рта. Губы Анку дрогнули в улыбке.
– Скромничает, – сообщила Рейнельда, не переставая жестикулировать. – Анку вообще парень скрытный.
Прорицатель пожал плечами. Интересно, какое преступление он совершил? Хотя, если Анку не рассказал соратникам, мне не скажет и подавно. Рейнельда вытерла пот и кивнула на удаляющегося Леандра: