— Мы что, теперь идем на запах дерьма? — спросила Лурма.

Симон скрылся за поворотом, и тут же послышался его негромкий крик. Все во главе с Плаксой поспешили туда.

На полу у ног Симона лежали два тела.

— Быстро сработал, Симон! — сказала Лурма, жуя свой комок праззна. — Да эти художники вообще рисовать не умели!

Симон Нож развернулся кругом:

— Это не я! Только взгляните на них! Их кто-то на куски разорвал!

— К тому же, — заметила Плакса, — если бы вы посмотрели столь же внимательно, как и я, то поняли бы, что эти художники просто закрашивали некоего древнего короля, заменяя его лицо на лицо узурпатора. Оскверняя историческое наследие! Фальсифицируя достояние веков и сбивая с толку поколения будущих историков! Я же вам говорила, что он — истинное зло!

— Фальси… фальфи… что? — переспросил Симон, доставая нож. — Слушайте! В этих туннелях рыщет какая-то дикая тварь. Взгляните на эту кучу дерьма: оно ведь еще свежее! Мы тут не одни.

— Симон прав, — кивнул Ле Грутт. — Здесь я, Мортари, Плакса, Лурма и…

Лурма попыталась врезать ему по голове, но промахнулась.

— Он имеет в виду, что тут бродит какой-то долбаный демон. Вот что он имеет в виду, Ле Грутт!

— Демон? Где?

— Где-то рядом, — прошипел Симон, перебрасывая нож из руки в руку; мгновение спустя тот с лязгом упал на пол.

Все напряглись, но, к счастью, нож разминулся с кучей дерьма.

— Подними его, Симон, — вздохнула Плакса. — Он может тебе понадобиться. Ты пойдешь впереди…

— Я? Почему не Барунко?

— Да, — сказал Барунко, — почему не Барунко? И где он, кстати?

— Он здесь, — ответила Плакса. — Это ты сам и есть, Барунко.

— Верно! Пойду впереди! Где у нас перед?

Плакса подтолкнула его в нужную сторону.