— Она меня не любит, — заявил Ле Грутт. — Я пришел сюда только ради добычи.

— Не будет никакой добычи!

— И ты все еще рассчитываешь, что я пройду лишние девятьсот шагов?

— Девятьсот? Да ты о чем вообще толкуешь? Просто разведай тот клятый проход!

— Я вор-домушник, Плакса, а не разведчик.

— Значит, не пойдешь?

Ле Грутт скрестил на груди руки:

— Нет. Не пойду.

Вздохнув, Плакса повернулась и взяла за руку Симона:

— Возьми свечу и разведай тот проход.

— Еще десять процентов к моей доле.

— Хорошо! Давай иди!

Проскользнув мимо Ле Грутта, Симон выхватил у него свечу и нырнул в проход.

— Это нечестно! — прошипел Ле Грутт. — Я собирался попросить только пять процентов!

— Впредь меньше будешь спорить, — отрезала Плакса. — Нож теперь получит десять процентов от твоей доли.

— Что?!

— Тсс!

— Когда-нибудь пробовали суп из ящеричных хвостов? — спросил Мортари. — Мамаша готовила лучший в мире суп из ящеричных хвостов. Варила его в воде из-под кошек. Даже папаша не мог пожаловаться.

Послышалось какое-то царапанье, затем раздался негромкий вскрик, и слабое пламя свечи в проходе, мигнув, погасло.

Ле Грутт хотел что-то сказать, но Плакса подняла руку и прислушалась.