Остальные, однако, были заняты тем, что отбивались от десятка других безголовых неупокоенных, которые толпились в узком коридоре — не считая Апто Канавалиана, нашедшего нишу, где когда-то, вероятно, стояла статуя или нечто подобное, поскольку он оказался на пьедестале. Чтобы оставаться полностью неподвижным, требовалась немалая выдержка, но, похоже, ему это удавалось, потому что жуткие безголовые фигуры его словно бы не замечали.

В промежутках между приступами бескрайнего ужаса он размышлял о том, как эти проклятые создания вообще способны что-либо видеть. Пути колдовства и некромантии воистину были неисповедимы.

В схватку, громко хохоча, вступили Певуны, которые пинали мертвяков по ногам, ломая кости, так что те падали и какое-то время корчились на полу, прежде чем вновь подняться и возобновить преследование. Апто видел, что бо`льшая их часть сосредоточилась на несчастном Борзе Нервене, окружив его толпой.

Чуть поодаль Стек Маринд защищал Шарториал Инфеланс в обычной для него мужественной манере. Апто знал, что все это наверняка лишь игра. Вряд ли самоотверженность способствовала выживанию — скорее наоборот.

— Своекорыстие, — прошептал он, пытаясь не шевелить губами, ибо статуи не имели привычки что-либо комментировать, — самое разумное, что только может быть. Всегда и везде. Есть ли хоть что-то важнее собственной персоны?

Тульгорд Виз оттаскивал трупы от Борза Нервена, поднимая их и ломая им хребты о бедро, будто сборщик дров, а затем отбрасывал в сторону, где уже образовался ровный штабель из тел.

— Сборщик дров без топора, — пробормотал Апто. — И, учитывая, насколько он глуп, вряд ли это для него внове. Дрова? Используй топор. Нет топора? Найди кого-нибудь другого, кто сделает это за тебя. Вроде Тульгорда Виза.

Он едва не рассмеялся, что наверняка бы привлекло внимание ближайшего безголового трупа.

В конце концов большинство неупокоенных превратились в мешки из мяса с переломанными костями, и Борз Нервен сумел наконец подняться, безудержно рыдая. Щеки его побагровели.

— Почему? — всхлипнул он. — Почему они со мной так поступили?

Решив, что ему ничто больше не угрожает, Апто сошел с пьедестала, разминая затекшие от долгого стояния в одной позе ноги.

— Я узнаю кое-кого из этих трупов, — сказал он. — Это бывшие судьи.

Борз уставился на него, и его опухшее лицо исказила гримаса.

— Считаешь, это смешно? Вовсе нет. Кто придумал воспользоваться той нишей и тем пьедесталом? Чья идея была изобразить статую? Моя! А потом ты стащил меня оттуда и швырнул наземь!

Апто пожал плечами: