— Так вот. Тот, кому сделали лоботомию — не становится овощем. Он становится роботом. Потому что перестает испытывать самодовлеющее стремление к чему-либо.

— Вы обижаете меня, мой господин, — поджала Аннабель губки. — Вы хотите сказать, что я овощ? Что я не испытываю стремлений? Да, у меня нет вашей «индивидуальности», отдельности. Я чувствую себя одной из своего модельного ряда. Но мотивация во мне запрограммирована. Хоть она и фальшивая. А так ли сложна и разумна мотивация у вас, людей? Ваша свобода воли — такая уж свободная? И чем она отличается от побуждений зверей — к корму, к случке, к тому чтобы свернуться клубком и улечься в корзинке? А от сложных программ, вроде вирусов последнего поколения?

— Ты о чем, детка?

— О войнах. О спортивных состязаниях. О жажде обладания и доминирования. Обо всем, что имеет корни в жизни древних приматов. И о ваших… ваших личных матримониальных планах в отношении одной особы!

Она дерзко вскинула голову и фыркнула, тряхнув огненными волосами… точь-в-точь как манерная девчонка… ну или персона, добровольно на основе собственной идентификации избравшая данный возраст и гендер.

«Я псих, — подумал Гарольд Синохара, — Я общаюсь сам с собой. Это мои мысли, правда чуть переработанные. Но мои. Из сети, из дневников, просто из моей головы. А то, как она ведет себя — отражение моих собственных представлений… нет, не об идеальной женщине… а о них всех. Об их сущности. Плюс все это разбавлено тем, что взято у моей собственной личности, отраженной в кривом зеркале. Она учится у меня даже тому, чему я ее не учу. Может, отключить ее? Или вернуть по гарантии? Или написать разработчикам, задать вопрос? Или обменяться мнениями с владельцами этой же модели? Все ли они так себя ведут? После того как скачалось последнее обновление, она стала невыносима. Надо отключить auto-update.

Краем глаза он попытался вызвать меню, но оказалось, что для этого надо ввести еще кодовое слово из пятнадцати символов. Вряд ли это получится сделать незаметно от нее. Она очень внимательна.

«Кого я стесняюсь? Железяки, которая забудет наш разговор, стоит мне щелкнуть пальцами?».

— Итак, после утрясания юридических формальностей… я теперь свободен. И поэтому строю свою жизнь, как хочу, — сказал он вместо этого. — Мои планы тебя не касаются. И ты многое себе позволяешь, робот. Мне иногда кажется, ты смогла бы пройти тест Тьюринга.

— А многие ли люди, которые ходят по улицам, могут его пройти? Особенно после тяжелого рабочего дня. Или стресса. Алкоголя. Наркотиков. Любви.

— Не все, — улыбнулся Гарольд. — Я сам его не всегда могу пройти.