Он заглядывал то в одну расщелину, то в другую, но уборщики щебня и обломков не оставили ничего, что могло бы помешать обзору и обработке сложных поверхностей. Так и не утолив голод, Кугель забрел в центр гигантской скульптурной экспозиции, где случайно заметил исключительно странное существо, распластавшееся на вырезанном из камня диске: по существу, желеобразную сферу, в которой плавали светящиеся частицы. Из сферы тянулись несколько прозрачных трубок или щупалец, постепенно сужавшихся и словно растворявшихся в воздухе. Кугель нагнулся, чтобы получше рассмотреть это существо, медленно пульсировавшее в такт какому-то внутреннему ритму. Он потрогал прозрачную сферу пальцем, и от места прикосновения стали распространяться кольцами яркие маленькие искорки. Существо отличалось самыми любопытными свойствами!

Вынув из воротника булавку, Кугель уколол одно из щупалец. Щупальце отреагировало раздраженной вспышкой света, и по всей его длине пробежались туда-сюда золотистые блестки. Заинтригованный пуще прежнего, Кугель подсел поближе и принялся экспериментировать, прикасаясь булавкой то к сфере, то к щупальцам — вызванные уколами искристые фейерверки забавляли его.

Новая мысль посетила Кугеля. Существо отличалось характеристиками, свойственными как иглокожим, так и кишечнополостным. Сухопутный голожаберный моллюск? Моллюск, потерявший раковину? Что важнее всего, съедобно ли это существо?

Кугель вынул чудодейственный брелок и приложил его к центральной сфере и к каждому из щупалец неизвестного животного. При этом он не услышал никакого жужжания и не почувствовал в брелоке никакой дрожи. Существо не было ядовитым. Вынув нож, Кугель попробовал отрезать одно из щупалец, но плоть странной твари оказалась слишком упругой и плотной — она не поддавалась лезвию. Неподалеку была жаровня, в которой мастеровые поддерживали огонь, чтобы ковать и затачивать притупившиеся инструменты. Приподняв существо за пару щупалец, Кугель перенес его к жаровне и разместил над огнем. Когда он решил, что добыча достаточно прожарилась, Кугель попробовал ее съесть. Плоть не жевалась и не отрывалась зубами, так что после нескольких безуспешных попыток что-нибудь откусить Кугель самым неизящным образом затолкал всю эту тварь в глотку и проглотил целиком. Она показалась ему безвкусной и лишенной питательных свойств.

Тем временем камнерезы возвращались к работе. Бросив многозначительный взгляд на бригадира, Кугель стал спускаться по тропе.

Неподалеку находилось жилище чародея Фарезма: продолговатое приземистое строение из плавленого камня, увенчанное восемью причудливыми куполами из меди, слюды и ярко-синего стекла. Фарезм собственной персоной отдыхал на крыльце, обозревая долину с выражением безмятежного, всеобъемлющего великодушия. Приподняв руку спокойным приветственным жестом, чародей сказал: