Кугель кивнул. Зараидес отступил на шаг и произнес заклинание. Кугель мгновенно взлетел и унесся прочь. Почти сразу же он почувствовал, что его подошвы прикоснулись к земле — он шел по главной улице Азеномея.

Кугель глубоко вздохнул:

— После всех испытаний судьбы, после всех злоключений — я снова в Азеномее!

Недоуменно покачивая головой, он посмотрел вокруг. Древние строения, террасы над рекой, рынок — все было как прежде. Неподалеку все еще находилась лавка Фианосфера. Отвернувшись, чтобы торговец редкостями его не узнал, Кугель неспешно направился в другую сторону.

— Что теперь? — размышлял он. — Прежде всего мне нужна новая одежда; затем неплохо было бы отдохнуть в гостинице, где я смогу на досуге оценить все аспекты положения вещей. Тому, кто намерен насмеяться над Смешливым Волшебником, следует тщательно подготовиться к этому проекту.

Через два часа — выкупавшийся, подстриженный, освежившийся, в новом черном костюме с красной и зеленой вышивкой — Кугель сидел в трапезном зале «Речной гостиницы» перед блюдом пикантных жареных колбасок и бутылью зеленого вина.

«В связи с определением методов и размеров справедливого возмездия возникают трудности, чреватые всевозможными каверзами, — думал Кугель. — Осторожность! Осторожность превыше всего!»

Он налил себе вина и съел несколько колбасок. Затем, открыв поясную сумку, он вынул из нее небольшой предмет, аккуратно завернутый в мягкую ткань: фиолетовую линзу, приобрести которую желал Юкоуну, чтобы она составила пару той, что уже хранилась в его коллекции. Кугель хотел было взглянуть одним глазом сквозь эту линзу, но заставил себя сдержаться: демонический инструмент мог создать иллюзию настолько неотразимую и обворожительную, что он никогда уже не смог бы вернуться к действительности. И в ту же минуту, пока Кугель рассматривал блестящую поверхность линзы, ему в голову пришел замысел настолько изобретательный, настолько теоретически безукоризненный — и в то же время настолько безопасный в том, что касалось последствий, — что он тут же отбросил всякие помыслы о других способах мщения.

По существу, подход был очень прост. Кугель должен был явиться в усадьбу Юкоуну и передать чародею линзу — точнее, копию линзы, ничем внешне не отличающуюся от оригинала. Юкоуну, сравнив полученную линзу с той, которая уже находилась в его распоряжении, захотел бы, разумеется, испробовать воздействие пары линз — то есть одновременно взглянуть двумя глазами сквозь обе линзы. Диссонанс между действительным и воображаемым мирами неизбежно шокировал бы мозг волшебника и привел бы его в беспомощное состояние, после чего Кугель мог бы принять любые желательные и прибыльные, с его точки зрения, меры.