Офелия услышала звон дверного колокольчика, а остальные даже не придали этому особого значения, продолжая заниматься своим делом: Рин – вносить какие-то заметки, Лоурелл – разговаривать сам с собой, а Флори – грызть карандаш. Звонок не повторился, из чего Офелия сделала вывод, что дверь открыл Дарт. Вскоре он и вправду появился в библиотеке с гостем.

Одним присутствием Дес изменил обстановку: лучезарно улыбнулся, приветствуя всех, и плюхнулся в кресло рядом с Флори. Внезапно в комнате повисла тишина. Вначале Офелия не поняла, почему Лоурелл замолчал, однако по направлению его взгляда догадался, что его отвлек Дес.

– Да вот же он, – растерянно пробубнил ценовщик, указывая на только что прибывшего. Дес посмотрел на Лоурелла как на идиота, а затем на Дарта, словно спрашивая, что здесь происходит. Немая сцена прервалась возгласом ценовщика: – Он! Точно вам говорю! Вот он, мой заказчик, только делает вид, что мы не знакомы. Как же так?

Вся эта странная сцена казалась Офелии каким-то дурным и тревожным сном, когда ты не можешь понять, что за бред творится, но ощущаешь себя его неотъемлемой частью.

– Это розыгрыш, да? – спросил Дес с рассеянной улыбкой, а потом, повернувшись к Рину, заявил: – Я так достал тебя тупыми шутками, что ты решил ответить мне тем же?

Лицо домографа помрачнело. Вместо того чтобы ответить на очередной выпад приятеля, Рин обратился к ценовщику:

– Вы можете точно назвать тот день, когда виделись с заказчиком?

Лоурелл закатил глаза, отсчитывая дни назад, и чуть погодя с уверенностью назвал дату. С момента его встречи с заказчиком прошло около двух недель – за это время сложно напрочь забыть внешность человека, с которым вел переговоры. Вот, например, Офелия отлично помнила события того дня и даже фразу Дарта, когда они с Флори вернулись из таверны.

Пока она определяла, на что способна ее память, разговор приобрел новый поворот. Рин поинтересовался у Деса, что тот делал тем вечером.

– Это допрос? – удивился он.

– Просто ответь им – и все, – попыталась успокоить его Флори.

Незаконченный портрет на ее коленях очень напоминал Десмонда, разве что глаза были мелковаты, а щеки немного пухлее. Он всегда казался Офелии странным и скрытным, хотя этого было недостаточно, чтобы заподозрить его во всех ужасных преступлениях. Тем не менее Рин, Дарт и Флори смотрели на него с недоверием.

– Да вы чего, серьезно?! – вытаращив глаза от удивления, воскликнул Дес.

– Мы договаривались встретиться в таверне, но ты не пришел, – сказал Дарт. – Где ты был?

– У себя наверху.

– И не смог спуститься?