Рин одобрительно кивнул:

– Да, Флориана. Я пришел к тому же выводу. Несколько человек, исследовавших место происшествия, обратились в лечебницу. Дело замяли, потому что следящие попросту не захотели рисковать своим здоровьем.

– Но рискнули нашими жизнями, умолчав обо всем, – презрительно фыркнула Флори.

– А вы еще верите в смелость и благородство следящих?

– Я успела убедиться в том, что они даже слов таких не знают.

Флори поджала губы, явно вспомнив какой-то эпизод из прошлого. Рин нервно постучал пальцами по столешнице и продолжил:

– Исследуя чердак, я почувствовал симптомы отравления. Это не первый опасный безлюдь в моей практике. После нескольких неприятных эпизодов я перестал осматривать хартрумы, но здесь не смог бездействовать. Как итог – снова попал в лечебницу. Там и узнал, что за отраву получил от вашего безлюдя. Ящерного дома, если позволите, поскольку его второе свойство – регенерация. Он научился восстанавливать то, что является его частью: например, возвращать целостность разбитой посуде и мебели, – как сделал с буфетом. Правда, странно, что безлюдь не выбрал одну из вас своей лютиной.

Сестры переглянулись, подумав об одном и том же.

– Он звал, – ответила Флори. – Все время, что мы жили там, Офелия слышала голос на чердаке. Просто мы боялись туда заходить…

– …и думали, что там призраки, – добавила младшая. Флори легонько толкнула ее ногой под столом, намекая на то, что необязательно рассказывать о таких глупостях.

– Картина начинает проясняться. – Рин задумчиво погладил бороду. – Полагаю, о редком яде из безлюдя узнали именно от следящих, потому и решили охотиться на него. А вот какие у него могли быть мотивы, нам расскажет ценовщик.

– Ценовщик? Из столицы? – пораженно переспросила Флори.

– Да. Ризердайн направил сюда своего специалиста, чтобы он осмотрел безлюдя и установил, какую ценность тот представляет. Если поймем цель преступника, вычислить его будет куда проще.

Тут Рин спохватился и вспомнил о времени. Карманные часы остались в костюме, и ему пришлось прервать разговор, дабы не опоздать.

– Ценовщик приезжает сегодня. Я обещал его встретить и сразу отвезти в Ящерный дом, – пояснил он. – Вы не возражаете, если я приведу в ваш дом ценовщика?

– Это уже не наш дом, – сухо ответила Флори. – Делайте, что считаете нужным.

Рин пообещал прийти, как только появятся новости, сгреб бумаги в портфель, который в сочетании с его нынешним одеянием смотрелся нелепо, и ушел на поиски своего костюма.

Визит в Дом-на-ветру не прошел даром, хотя обнаруженную деталь и уликой назвать было сложно. Безлюдь пропах табачным дымом, да таким резким и въедливым, что одежда пропиталась им. Дес точно определил, что это какая-то непомерно дорогая курительная смесь, сыгравшая роль приманки для Дома-на-ветру. Значит, кто-то тайно проник туда, не используя ключа. Трюк с приманкой знал ограниченный круг людей: Рин и Дарт открыли эту особенность; Флори и Десу довелось участвовать в задабривании домов; а Офелия внимательно слушала все их разговоры. О приманках также знал Мео. При жизни он был правой рукой домографа, а теперь эту негласную должность занимал Дарт. Как злоумышленнику стало известно о приманках? Самый очевидный ответ объяснял, почему первой жертвой стал Мео, – он владел важной информацией и выдал ее перед смертью.