– Насколько плох? – рассмеялся Лишай. – Этому придурку насквозь пронзило ногу! И он свалился на собственный меч! Кровь так и хлещет!

– Так перевяжи его, чтоб тебя!

– Нечего тут командовать! Ты не капрал…

– Нет, – бросила она. – Вот только Густа проткнул именно наш капрал, так что я понижаю его в звании. Чей это был план? И как, сработало? Естественно, сработало. Почему? Да потому, что это был мой план! Слушайте все – я теперь капитан.

– Может, все-таки сержант? – уточнил Хек, все еще тяжело дыша после того, как размозжил головы Брива и Брива.

– Капитан! У Сатер давно была мысль меня повысить.

– С чего мы вдруг должны тебе верить? – поинтересовался Биск.

– Да с того, что я вам об этом сказала.

Густ продолжал выть.

В это мгновение ворота распахнулись, и в них появился высокий мужчина с раздвоенной бородкой.

– Ага, – проговорил он, бросив взгляд на Густа Хабба. – Отважные солдаты покойной капитана Сатер… и ее друзья. Что ж, вы идеально рассчитали время. Я как раз приготовил печенье.

Эмансипор Риз сидел напротив Корбала Броша, глядя, как рослый здоровяк слизывает глазурь с одного из творений Бошелена. В животе у него забурчало, а потом забулькало.

– Кто бы мог подумать, что вы любите сладкое, – заметил Риз.

Корбал в ответ лишь моргнул и промолчал.

В дальнем конце обеденного зала поднялась какая-то суматоха, а затем на фоне топота сапог, вздохов, шепотов и стонов вновь появился Бошелен. За ним шли женщина и трое мужчин, которые несли четвертого: из бедра его торчал массивный меч, а другой воткнулся под мышку. Забинтованное тело было забрызгано кровью.

Эмансипор ткнул пальцем в одного из мужчин, помогавших уложить своего неудачливого товарища на близлежащую скамью.

– Ты был на «Солнечном локоне», – сказал он. – Возглавлял атаку на корабль Певунов во время спаривания с дхэнраби, сражения и прочего. Потом ты украл их шлюпку и сбежал.

Тот злобно глянул на него:

– Угу, Манси. Я Хек Урс. А это остальные из отряда капитана Сатер. Они преследовали нас от самого Стратема.