Эмансипор зажег трубку и глубоко затянулся.

– Нет, хозяин. Полагаю, не может. – Он выпустил облако дыма. – Имейте в виду, сударь, у меня есть некоторый опыт разглядывания карт и тому подобного.

– В смысле?

– Ну, в общем, хозяин… белые пятна на картах действуют мне на нервы. Неизведанные территории и все такое. Я плавал по многим морям, не раз натыкался на подобные пятна, и… обычно их оставляют белыми не без причины. Не в том дело, что они не изведаны, – нет ничего в этом мире, чего не видел бы какой-нибудь искатель приключений, жаждущий узнать, что же там такое скрывается. Суть в том, сударь, что белые пятна обычно таковы потому, что те, кто туда отправился, так и не вернулись обратно.

– Под воздействием д’баянга вы определенно становитесь чересчур многословным, любезный Риз. Похоже, он прочищает ваши мозги. Что ж, пожалуй, вы правы.

Эмансипор снова взглянул на Бошелена:

– Да? В самом деле?

– Не хотелось бы, чтобы кто-то считал, будто мне несвойственно здравомыслие. Мы уже достаточно долго путешествуем вместе и определенно успели прекрасно узнать друг друга.

– Угу, хозяин, – кивнул Эмансипор, поспешно беря графин с вином и опять наполняя кубок; сделав три быстрых глотка, он снова начал попыхивать трубкой. – Воистину… гм… прекрасно.

– Похоже, генерал Пин Растрёп, будучи уроженцем Фаррога, не так уж мало знает об извергах.

– Угу, хозяин, у него сложилось о них вполне определенное мнение.

Сидевший на троне Бошелен улыбнулся:

– Не чувствую ли я в ваших словах некое недовольство, любезный Риз? Из-за того, что Пин Растрёп настолько втерся ко мне в доверие? И вы считаете, будто он вам угрожает?

– Хозяин, я всего лишь разделяю осторожность сенешаля.

– Ах, прекрасная Шарториал Инфеланс… Естественно, осторожность – крайне необходимое для нее качество, учитывая занимаемый ею пост.

– Осторожность, – повторил Эмансипор. – Угу.

– Да будет вам известно, Риз, королевская казна почти пуста.

– Потому что мы ее разграбили, сударь.

– Верно. И налоговые поступления снизились.

– Угу, мы выжали все досуха.