— Нет, конечно. Проверит места, где они спали.

— Даже так опасно...

— Я велела ему не рисковать напрасно, — Мильхэ пристально смотрела Лорину в глаза, и тот медленно кивнул, поняв, что она хотела этим сказать.

— И вам всё равно?! — послышался женский голос.

Ирма смотрела на наёмников, и на лице её было написано возмущение.

— Всё равно — что?

— Что он... он убийца! Зверь!

— Не время говорить об этом, девочка, — вмешался кузнец.

— Я давно не девочка!

— И как мы, по-твоему, должны поступить? — проледенила Мильхэ. — Прогнать его? Убить? Он — наш напарник и единственная надежда для раненого.

— Он убил мою семью! Как вы... можете его защищать?

— Ты-то что помнишь? Тебе сколько? Двадцать? Или меньше? Когда всё это произошло, ты была совсем маленькой.

— Маатар, Мильхэ, помягче, — сказал Геррет, глядя на рассерженную девушку.

— Странно слышать это от тебя, Гери, — внезапно съязвила Мильхэ, смешав яд со льдом.

— Ей было четыре года, — подал голос кузнец. — Это пятнадцать лет назад случилось.

— Пятнадцать? — Мильхэ нахмурилась. — Но тогда Фаргрену...

— Должно было тринадцать или четырнадцать исполниться. Осенью.

— И они так долго ждали? Глупцы...

— Кто?! — обиженно воскликнула Ирма.

— Твои родители. Они знали, кто он.