– Молчи!

– У-у, дурак обросший.

– Это я обросший?! Да это ты оболваненная!

– Зачем тебе такие длинные волосы?

Цуна всеми способами старалась разговорить таосца: может, получится узнать, куда и зачем ее ведут, или отвлечь его и убежать, но он молчал, только пыхтел ей в затылок. Дети, как стайка разноцветных муравьишек, плелись следом, держась друг за друга.

Цуна щурилась от яркого солнца, макушку начинало припекать, и одолевала жажда. Сухие кукурузины стояли по обеим сторонам сквозными шелестящими стенами. Когда они закончились, дорога пошла вниз – к почти круглому озеру, возле которого сбились, как поганки вокруг пенька, глиняные мазанки таосцев.

Цуна не плакала, но не из-за прилива храбрости, а от внезапного опустошения. Слова ма сбывались, и девочка жалела, что не бросилась в воду с утеса. Теперь она не сможет даже умереть рядом с ма. Люди со страшилища отобрали у нее Большую Акулу, а таосцы отберут жизнь. И ничего у Цуны не осталось, кроме сокровищ, спрятанных возле лодки. Но и до них уже не добраться.

* * *

С этого дня Хинду взрослый. Как только он переступит порог Алой хижины и увидит Хозяина Смерчей, жизнь изменится навсегда. Паренек дрожал, как мокрый ягненок, пока стоял у порога, пялясь на дверь, обитую красной тканью, и ожидая разрешения войти.

Попасть к Хозяину Смерчей, да еще в таком возрасте – невозможная удача, но это произошло, потому что Хинду сделал по-настоящему важное дело – схватил бесцветную с Акульего острова и не дал ей сеять на Таосе проклятия.

Чтобы добраться до Алой хижины, пришлось ехать вглубь острова четыре чистых дня, но оно того стоило.

Дверь приоткрылась, из щелей понесло дымом. Выглянувший наружу мужчина с венцом тугой косы, перевитой розовой лентой, позвал Хинду внутрь. Судя по прическе, это наверняка был один из учеников.

Хинду вошел, испытывая небывалый трепет. Ноги у него подкашивались, он запнулся о порог и неуклюже ввалился в обитель Хозяина Смерчей. Со всех сторон давили карминовые стены и рубиновые стекла. Подпорки для крыши и те бы были выкрашены в яркие оттенки заката. У Хинду все поплыло перед глазами от духоты, жара и запаха дыма, перемешанного с чем-то едким и горьким.

Хозяин Смерчей – маленький человек с гранатовой косой, уложенной в виде конуса, – встретил его, сидя на сооружении в виде каменной спирали. Он был уже в возрасте, это выдавала краска на волосах – обманка для смерти, забиравшей жизни бесцветных. Таосцы прятали седину, чтобы прожить как можно дольше.

– Оставь нас, цвет моей крови, – сказал шаман, кивнув мужчине, пригласившему Хинду. – А ты иди вот сюда. Поговорим.