— Благодарю, Элдер, — улыбнулась я, а затем, приподнявшись на цыпочки, поцеловала его в щеку, в который раз презрев всякие условности.

Он опешил, но вновь улыбнулся и ответил столь же невинным, но искренним поцелуем в щеку. А затем ко мне приблизился Нибо. Он сжал пальцами свой подбородок и окинул меня взглядом дельца:

— И что бы мне стребовать с вас на новую встречу? — задумчиво произнес его светлость. — Моя корыстная натура требует барышей, а я никак не могу придумать, каких именно. И вы представить себе не можете, как же моя душа страдает от этого. Вроде бы должна быть выгода, а в чем…

Я порывисто обняла его, и герцог замолчал, кажется, растерявшись. Чуть помедлив, обнял в ответ и сказал негромко:

— Теперь и вовсе не знаю, что сказать.

— Ничего не говорите, — ответила я, не спеша отстраниться. — Просто берегите себя, друг мой. Мне будет гораздо приятней жить, зная, что и вы живете за пеленой Мироздания.

— Стало быть, друг?

Теперь я подняла на него взгляд и увидела улыбку. В ней не было иронии и на толику. На меня смотрел настоящий Нибо Ришемский, такой, каким я узнала его за время нашего путешествия к танрам. И я улыбнулась в ответ:

— Друг, — сказала я. — Мы прошли с вами разные стадии. Были соперниками, врагами…

— Я никогда не был вам врагом… Даже поступив подло, я не был вам врагом, но того поступка стыжусь и по сей день.

— Я вас простила, — ответила я. — Я доверяю вам не потому, что просчитываю, насколько вам невыгодно предать меня, а потому что вы оказались человеком, которому могу доверять лишь потому, что вы мне друг.

— Как Фьер Гард? — он склонил голову к плечу, и я кивнула:

— Да, как Фьер.

Ришем чуть помолчал, а после вновь прижал меня к себе и шепнул:

— Спасибо.

Я отстранилась, провела по его щеке ладонью и отступила:

— Будьте счастливы, друг мой.

— Будьте счастливы, мой друг, — ответил его светлость.

— Ашити.

Обернувшись, я увидела, что Танияр уже держит в руках шубку, приготовленную матушкой. Он сам, и магистр уже были одеты. Элькос как раз натянул поглубже шапку.