— Если здесь никто не желает, чтобы маленький дайн покинул чрево матери прежде времени, думаю, вам стоит ослабить хватку. Или же его мать задохнется от тесных объятий… Что? — прервался герцог, когда в его сторону устремились пять пар глаз. — Я лишь желаю лучшего, однако не смею мешать и лучше попрощаюсь с Танияром, к нему хотя бы можно прорваться.

Он и вправду приблизился к моему супругу, но о чем говорил, я не слышала, потому что вновь была втянута в круговерть родственных объятий. Впрочем, слова его светлости возымели действие, и круг распался. Элькос и вовсе отошел в сторону.

— Если сможешь, пиши нам, — всхлипывая, попросила сестрица. — Мы будем ждать и… — она прерывисто вздохнула, — и скучать. Я буду скучать, непременно буду. Я всегда по тебе скучаю, ты же знаешь.

Улыбнувшись, я снова обняла ее, после поцеловала во влажную и соленую от слез щеку, а затем отступила и кивнула:

— Я тоже буду скучать, дорогая, и ждать новой встречи. Матушка…

Родительница прижала меня к себе и затихла ненадолго, а потом я расслышала:

— Мое дорогое дитя, моя милая девочка…

— Родная моя, — ответила я и подняла взгляд: — Помните, что я любила и буду любить вас всегда. Вы — моя обожаемая матушка. Не печальтесь, молю вас, не грустите о своей дочери. Она с вами, даже если находится далеко.

— Ну что же вы со мной делаете, Шанни… — ответила ее сиятельство, разом согрев мне душу фразой, которую я слышала тысячу раз.

Родительница поцеловала меня, еще на миг задержала в объятьях и отпустила. Но это был лишь краткий миг свободы, потому что тут же матушку сменил батюшка. Он мягко привлек меня к себе, прижал мою голову к своей груди и тихо вздохнул.

— Главное, вы живы, дитя мое, — сказал его сиятельство. — Главное, что вы есть, и мне достаточно уже этого знания, но все-таки, как и ваши родственницы, я буду ждать вестей. А лучше вас саму, но буду рад и посланию. Будьте счастливы, дитя мое, о том и буду молить Богов. О вашем здравии, вашего супруга и наших внуков.

После поцеловал меня в лоб, благословляя, и отступил. И вновь я оказалась в объятьях. Уже не столь тесных, но искренних. Элдер Гендрик сжал мои плечи ладонями и заглянул в глаза:

— И в моей жизни вы оставили яркий след, Солнечный луч, — с мягкой улыбкой произнес мой свояк. — Когда-то вы оказались мудрей меня и тем сделали счастливым, подарив жену — женщину, с которой моя душа полна умиротворения и света. А потому я желаю и вам того же. Впрочем, знаю точно, что теперь вы встретили мужчину по себе, и иной судьбы у вас быть не может. Желаю лишь, чтобы путь ваш был менее тернист. Пусть Высшие Силы и далее останутся к вам щедры и милостивы, а мы будем радоваться за вас и ждать вестей. Помните, что в этом мире для вас и ваших близких всегда найдется гостеприимный кров и любящие сердца.