— Да что он может нам предложить? Он же враг! — засверкал глазами Довруж.

— Враг, не враг, все изменилось Руж. Посмотри, что снаружи твориться, молнии так и хлещут землю, мы дрейфуем вместе с горой на восток, с запада плещется огненное море, а ты все про врагов. Видел гору, что разорвала континент, слышишь вулканы грохочут? Если бы не наш купол, все города Нижнего Рояла уже бы лежали в руинах. Там, снаружи, так трясет, что мама не горюй.

— Ты мне расскажи! Может ты и прав, но я врагу помогать не стану, — недовольно прогудел старик.

— А если от этого зависит будущее твоей семьи, будущее всех выживших? Ведь корпораты правы, вина Сантара в той катастрофе прямая. Это Мудрый запустил свою установку.

— И ты туда же старый хрыч! — Довруж обиженно обошел Семеныча.

— Да послушай же дурак упрямый! Гитат может открыть для нас проход в новый мир, где нет этого ужаса! От тебя только и требуется построить силовую установку достаточной мощности.

Довруж застыл на месте, затем резко развернулся и подошел к Семенычу вплотную.

— Проход? А он сможет? — вглядываясь в лицо Узкого, спросил старик.

— Сможет. Он уже построил, вот только не хватает энергии, чтобы открыть стабильное окно, — растерянно моргая глазами, и неловко отстраняясь ответил Семеныч.

— Передай Гитату, я подумаю, — после долгого молчания наконец ответил Довруж.

Установка загудела, выдавая ток, редкие разряды ушли в камень горного склона.

— Вот и заработала. Эта последняя, думаю, завтра пустим проход.

Размышлял старик, накрывая установку куполом. Кто бы мог подумать, что понадобиться тридцать лет, на, казалось бы, пустячный проект. Всему вина движение материков, и постоянная вулканическая активность. Нога старика неловко соскользнула и Довруж едва не сорвался с отвесной стены горного массива. Там, далеко внизу пузырилось лавовое море, но тут наверху стояла невыносимая стужа. От перепада температур гору постоянно покрывала толстая, ледяная корка, отчего склон казался покрытым лаком. Чертыхаясь, Довруж осторожно вернулся на узкий карниз, и прицепил карабин страховки к стальному канату. Уж сколько на него ругалась Светка, а он все свое. Забывает о страховке и все тут. Старик глянул на термодатчик, семьдесят ниже нуля.

— Сегодня тепло, — улыбнулся дед.

В подземелье возвращаться не хотелось. Несмотря на темный небосвод, и дикий холод, снаружи все же ощущалась свобода. Довруж так и не привык к замкнутому мирку Нижнего Рояла, ему не хватало свежего ветра, горизонта и бескрайнего неба.

Старик добрался до бетонной арки подземного прохода, когда на горизонте, с юга, донеслось глухое рокотание. Довруж давно уже не обращал внимания на постоянный грохот вулканов, но рокот перекрыл даже вечно гневающиеся горы. В шлеме сработала система распознавания движения, затем камера приблизила изображение. Довруж обомлел, прямо на них перла та самая гора, что тридцать лет назад разворочала материк. Взгляд старика упал на огненное море. Ранее мирно плюхавшая гигантские пузыри магма, словно сошла с ума. Огромные волны жидкого камня неистово ударяли в гряду Тенафара. Термодатчик зашёлся, предупреждая о резком перепаде температуры.