****

Язычок пламени метался в прицеле, Овран поправил руку, прибор получился совсем не тяжелый, несмотря на сферу, встроенную в рукоять. Сейчас она не превышала размером ореха лещины, уплотняясь, частица приобрела иссиня-черный цвет. Специальная колба, созданная силовым полем, оберегала стрелка от соприкосновения с источником энергии. Изделие получилось крайне удачное, все системы идеально дополняли друг друга. Волновой излучатель, как и колба питались от частицы Даймеша, не требовалось ни подзарядки, ни дополнительных источников питания.

Овран нажал на спусковой крючок, руку мягко толкнуло назад, к телу. Звуковая волна ушла к язычку пламени, но звука никто не услышал. Ученый с усилием сглотнул слюну, уши отпустило, но перед глазами все еще мелькали черно-белые мухи. Там, где секунду назад металось пламя, теперь зияла гигантская дыра. Волна растворила и пламя, и лабораторный стол, и семиметровую скалу, у которой он был привинчен. Остались только стальные ножки, по десять сантиметров от пола.

— Господин Овран, вы гений!!! — в восхищение проговорил Гитат. — Оно совершенно! Ваше изделие достойно изобретений Сантара! Да что там, ученик превзошел учителя!

— Ну что вы господин Гитат, — смущенно улыбнулся Овран, — я лишь механик. Собрал из готовых деталей. Волны открытие Сантара, как и силовое поле. Частица, дар Даймеша, ну, а за мной была лишь конструкция. Мое открытие стоит на плечах великих.

Овран неуверенно провел рукой по рыжей, с заметной проседью, бороде.

— А, что, мы сможем этим остановить слуг Первого? — недовольно хмурясь поинтересовался Гранидар.

Правителя бесило возвеличивание потомка Довружа. Он и при жизни с трудом выносил заносчивого старика, а уж после смерти, когда все, как с ума сошли в поклонении перед глупой деревенщиной, просто ненавидел. Раздражение перешло и на потомка строптивца. Гранидар никогда не считал Довружа истинным Мудрым, полагая, что Сантар, как и всегда ошибся. Раздражало бессилие ученых Улавая, сто пятьдесят веков на то, чтобы сжать частицу. И всего два года на создание звуковой волны, такое расточительство.

Сердце правителя все больше точила мысль о возвращении древнего из иных миров. Гранидар думал, что Даймеш вернется через сотню, другую лет, а прошла эпоха. За это время монстры сожрали три с половиной миллиона жителей Улавая. Посвященных и их потомков, детей, внуков, правнуков. Тварям было все мало, с каждым новым поколением людей они становились все прожорливей. Чтобы избавиться от монстров пришлось перенаправить все мощности на купол, хватило только на Улавай и Ур. И то частично, полгорода за прозрачной стеной лежало в руинах. Следы гнева слуг Даймеша.