— Тогда, пожалуй, мне лучше остановиться у вас! Думаю, я смогу помочь твоему горю! — человек снова поклонился.

— Ладно, как пожелаешь чужеземец! Но я не могу обещать тебе безопасность!

— Согласен!

****

Очаг алел мигающими углями, полумрак юрты разгонял слабый свет от масляного светильника. Напротив входа, на высокой подушке сидел Ибуган, вождь степенно поглаживал завитую в косу бороду. По правую руку на шкуре пещерного медведя расселись лучшие охотники племени Каро. С левой стороны расположились женщины вождя, три жены, и четыре дочери, одна краше другой.

Гость устроился на плетенной корзине спиной ко входу, у которого лежал гигантский волк, перекрывая проход на улицу. Тут же, прислонившись к огромной зверюге, полулежала младшая дочь Ибугана. Толстые брюки из оленьей кожи, и такая же курточка скрадывали волнительные изгибы молодого тела, но даже в таком одеянии читалась удивительная красота юной орчихи.

— Ущелье Спящих, давно под запретом, но молодежь любопытна. Не знаю, что там случилось, Аладана молчит уже четырнадцать лун, ничего не ест, и кричит по ночам. Особенно когда приходит Ледяной, — тихо говорил вождь орков.

— А далеко ущелье? — поинтересовался торговец-чужеземец.

— Оно близко, но тебя путник никто туда не поведет. Охотники напуганы, а шаман проклянет любого, кто войдет под своды Спящего ущелья. Дорга сейчас совещается с духами. Возможно уже к вечеру у меня станет еще на одну дочь меньше.

— Можно мне поговорить с Аладаной? — гость оглянулся на девушку, которая испуганно жалась к волку. Сабав тихо зарычал, заметив взгляд чужака.

— Тихо зверюга! — прикрикнул вождь на волка.

Сабав прижал уши и отвернулся от костра, Аладана сползла с теплого бока огромного зверя. Девушка свернулась клубком на пятнистой шкуре, обхватив ноги руками. Солнце ушло за холмы, и начало клониться к горизонту. Повеяло холодом, даже в юрту пробрались струи леденящей влаги.

— Если сможешь вытянуть из нее хоть слово, буду только благодарен. Мы так и не знаем, что случилось в ущелье, — Ибуган устало взглянул на младшую дочь.

В глазах охотника мелькнула жалость, но усилием воли он тут же подавил возникшее чувство.

Племя уже готовилось к изгнанию проклятой, для орков девушка стала не более чем жертва страшному чудовищу из запретного ущелья.

— Уважаемый Ибуган, доверься мне. И чтобы не случилось не вмешивайся, — поднимаясь на ноги и кланяясь попросил торговец.

В очередной раз вождь подивился статью существа столь похожего на людей с Черных гор, но в тоже время совершенно отличного от слабосильных бледнокожек.