— Правильно. Только так не происходит, потому что последняя искра проходит через спираль прежде, чем в нее попадает игла. Ты закончил, патера? Я рассказал тебе все, что знаю.

— Да, и вся еда была просто восхитительной. Великолепной, на самом деле. Я исключительно благодарен тебе, Гагарка. Однако у меня есть еще вопрос, хотя, не сомневаюсь, тебе он покажется очень глупым. Почему твой игломет намного больше моего? Есть какие-нибудь преимущества в таком большом размере?

Гагарка взвесил свой игломет на ладони и только потом убрал его.

— Мой содержит больше игл, патера. Полностью заряженный, сто двадцать пять. Я бы сказал, что твой маленький — самое большее пятьдесят или шестьдесят. И мои длиннее, вот почему я не могу дать тебе свои. Более длинные иглы означают более широкий разрез, когда они вращаются, а более широкий разрез заставит твоего врага быстрее выйти из боя. К тому же у моего ствол длиннее, а иглы на волос толще. Все это заставляет их лететь быстрее и вонзаться глубже.

— Понял. — Шелк оттянул назад ручку зарядки на игломете Гиацинт и уставился на довольно просто выглядевший механизм, обнаженный открытым казенником.

— Игломет, наподобие твоего, хорошо использовать в доме или в месте вроде этого, но снаружи тебе лучше стрелять в упор. Если нет, твоя игла начнет крутиться в воздухе раньше, чем попадет в твоего врага, и как только она начнет это делать, даже дети Паса — прости, патера — не будут знать, куда она попадет.

Шелк, задумчиво, вынул одну из карт Крови.

— Если ты разрешишь мне, Гагарка. Я и так тебе много должен.

— Я уже заплатил, патера. — Гагарка встал и так сильно отодвинул стул, что он ударился о стену. — Могет быть, в другой раз. — Он усмехнулся. — Так вот. Помнишь, я сказал тебе, что даже боги не знают, куда попадут иглы?

— Конечно. — Шелк встал, обнаружив, что его щиколотка болит меньше, чем он ожидал.

— Ну, они может и не знают. Зато я знаю, откуда они берутся, и расскажу тебе, как только мы выйдем наружу. И еще я знаю, куда мы с тобой сейчас пойдем.

— Я должен вернуться в мантейон. — Напрягая волю, Шелк был способен идти почти нормально.

— Это займет не больше пары часов, и я припас два-три сюрприза, которые хочу показать тебе.

Первый оказался одноместными носилками с парой носильщиков.

Шелк с некоторой тревогой взобрался в них, спрашивая себя, перевезут ли они его в дом авгура, когда вечерние дела будут закончены. Тень уже поднялась, не осталось ни пряди золота, и приятный бриз успокоительно нашептывал, что пыль и жара побежденного дня — пустая ложь. Ветер обвевал горящие щеки Шелка, и чувственное удовольствие от этого сказало ему, что он выпил слишком много бокалов вина. Печально, и он решил, что в будущем будет более строго следить за собой.