— Я никогда не буду кальде, — сказал ему Шелк, — и никогда не хотел им стать. — Он взял в руки почти невесомую решетку и уставился на ее плавные обводы. — Это то, что позволяет летуну летать? Эта штука?

Лемур кивнул:

— И материал, из которого она сделана. Сейчас Долгопят анализирует его. Когда вы проникли в виллу Крови вечером фэадня… я знаю и об этом, видите ли. Когда вы проникли внутрь, разве вы не спросили себя, почему город Журавля послал его наблюдать за Кровью?

— Тогда я не знал, что он шпион, — объяснил Шелк. Он положил решетку и пощупал синяк, который кулак Потто оставил на его голове. Он чувствовал себя слабым, голова слегка кружилась.

— Чтобы держать своих хозяев в курсе успехов Крови с орлицей, — объяснил ему Лемур. — Больше двадцати пяти лет назад я осознал возможности, которые дает полет. Если бы наши труперы могли летать, как летуны, мы бы могли следить за передвижениями противника, наши избранные подразделения могли бы приземляться за линиями вражеских войск и разрушать их коммуникации, и еще много чего. Как только у меня оказались развязаны руки, я стал субсидировать различных экспериментаторов, чьи работы казались многообещающими. Но ни один из них не разработал устройство, способное поднять ребенка, не говоря уже о трупере.

— Почему не солдата? — спросил Шелк, вспомнив Кремня.

— Они слишком тяжелые, — фыркнул Журавль. — Лемур, например, весит в четыре раза больше, чем ты и я вместе взятые.

— Ага! — Лемур повернулся к Журавлю. — Вы глубоко вникли в вопрос, я вижу.

Журавль кивнул:

— На самом деле летуны немного ниже, чем большинство труперов. Я тоже маленького роста, как всякий продолжает напоминать мне, но выше, чем большинство летунов.

— Звучит так, как будто вы видели их вблизи.

— Через подзорную трубу, — сказал Журавль. — Хотите возразить, что мне не с чем было их сравнить?

— Чтобы угодить вам, да.

— Мне не нужно ни с кем сравнивать. У низкого человека другие пропорции, чем у высокого, и, как низкий врач, я очень много знаю об этом. Например, голова низкого человека больше в сравнении с размахом плеч.

Шелк беспокойно поежился.

— Если кто-то умирает…

— Этот кто-то может быть вами, Ваше Святейшество. — Лемур положил тяжелую руку на плечо Шелка. — Давайте скажем, в качестве гипотезы, что я собираюсь отрубить вам голову, как только вы принесете прощение Паса этому неудачливому летуну. В таком случае, сокращая нашу дискуссию, вы сокращаете себе жизнь.

— У меня, как у гражданина, есть право на публичный суд и на адвоката. А как авгур…

Давление пальцев Лемура усилилось.