Журавль опять хихикнул:

— Ты настолько проницателен, что я начинаю сомневаться в твоей невинности. Ты уверен, что ты не шпион?

— Ты путаешь невинность с невежеством, хотя, признаюсь, я действительно невежда во многих отношениях. Невинность — вопрос выбора, и ее выбирают по той же причине, по которой выбирают любую другую вещь — она кажется самой лучшей.

— Я подумаю об этом. В любом случае ты ошибаешься, думая, что я подарил Ги азот. Кто-то обыскал мою комнату за пару дней до этого. Они не нашли его, но я попросил Ги сохранить его для меня в безопасном месте.

— Когда ты сунул его мне за пояс…

— Я заметил, что, безусловно, в тебя влюбилась какая-то богиня. Она принесла его мне и сказала, что мы должны найти способ передать его тебе, поскольку она боялась, что Кровь собирается приказать Мускусу убить тебя. Она пришла ко мне, думая, что я все еще зашиваю тебя, но я уже закончил и отослал тебя к Крови. Пока мы с ней разговаривали, за мной пришел Мускус, так что я подмигнул ей и взял азот с собой, надеясь, что мне представится возможность отдать его тебе.

— Но она пришла к тебе и попросила сделать это?

— Да, верно, — ответил Журавль, — и я тебя не виню, если от этого ты почувствовал себя лучше. Если бы мне было столько же лет, сколько тебе, я бы от радости прыгал до потолка.

— Да, не отрицаю. — Шелк пожевал губу. — Как одолжение — очень большое одолжение — могу ли я взглянуть на азот, пожалуйста? Минуту-две? Я не собираюсь сделать тебе что-то плохое или даже выпускать клинок, и верну его по первому требованию. Просто хочется опять увидеть его и подержать в руках!

Журавль достал азот из-за пояса и протянул ему.

— Спасибо. Когда он был со мной, меня все время беспокоило, что на нем нет гиацинтов; теперь я понял почему. Этот демон — это кровавый камень, а?

— Совершенно верно. Азот должен был стать подарком для Крови. Рани дала мне очень симпатичную сумму на случай, если придется подкупать его, и одна из наших ханум добавила азот, как особый подарок, знак доброй воли. Кстати, у Крови есть два азота, но тогда мы еще не знали об этом.

— Спасибо. — Шелк покрутил азот. — Если бы я знал, что он принадлежит тебе, а не Гиацинт, я бы не вернулся за ним — вместе с Мамелтой — в эти ужасные туннели. Нас бы не застигли врасплох солдаты Лемура, и она бы не умерла.

— Даже если бы ты не вернулся за ним, тебя все равно бы схватили, — сказал ему Журавль. — Но этот азот не достался бы Лемуру и я бы не смог его убить. К этому времени мы оба были бы покойниками. И твоя женщина тоже, скорее всего.

— Да, возможно. — Шелк — в последний раз, как ему казалось — прижал губы к сверкающей рукоятке. — Я чувствую, что он приносит мне одни несчастья; тем не менее, если бы не он, талос убил бы меня. — С некоторой неохотой он вернул азот Журавлю.